— Этот человек выдержит все, — закатил он глаза, и прижал меня к себе.
Я уже хотела спросить про видео, Лору, и любовь, как дверь, судя по характерному звуку, нашей квартиры открылась и мы услышали голос мамы:
— Лера, я удерживала, как могла, но отец пошел за ружьем.
— Моя задница не переживет, — насмешливо сказал Ваня, расширив глаза от наигранного ужаса и рванул вниз, поцеловав меня в щеку.
— Завтра в одиннадцать.
Глава 11.
Ресторанный зал гостиницы Метрополь и в обычное время сиял богатством и великолепием позолоченной лепнины, шелковых скатертей и невероятно огромных хрустальных люстр, с капельками. Но сегодня к этому ко всему были добавлены огромные благоухающие букеты роз, разодетые в праздничные костюмы, гости и конечно алтарь. Спасибо тете Софе.
Именно в направлении Алтаря, я, вся подрагивая от волнения, плыла к Корзуну. Медленно, в английском стиле, под руку с отцом, который беспрестанно, что-то бурчал.
Я уже не слушала. Я смотрела только в возбужденные глаза Ванечки.
Скоро, совсем скоро, я стану Валерией Корзун и уже завтра будем лететь в Лондон.
Музыка затихла, и переполненный зал застыл в тот момент, когда Ваня, вместо того, чтобы просто взять меня за руку, дернул на себя и поцеловал под дружный восхищенный вздох. Только папа прожигал мне спину взглядом.
Ваня кажется забылся, руками поглаживая голые, не стесненные платьем, плечи. Свадебное платье держалось буквально на честном слове. Лишь пара тонких ниточек вокруг шеи и длиннющий шлейф. Красиво, потрясно, но оно так и норовило, оставить меня обнаженной. Наверняка, на радость Ване.
Сколько мы целовались, я поняла, только, когда отец буквально втиснулся между нами. Долго.
Регистратор очень медленно говорила свою благословенную речь, которая должна по идее вдохновлять на долгую совместную жизнь. На деле же, по статистике, чем медленнее речь, тем короче брак. Наверное, Ваня тоже знал цифры, потому как оборвал регистраторшу в красном наряде и опалил меня взглядом. «Скоро», говорили его глаза, а мне уже хотелось скинуть неудобное платье, снять туфли и буквально лечь перед ним. Чтобы взял, чтобы поглотил.
В момент, когда я поставила свою подпись, а Ваня надел мне великолепное кольцо и небольшим двух каратовым камнем, дверь вдруг распахнулась и в зал влетела, стуча каблуками Лора. Всё еще Шевцова.
Я замерла. Меня замутило, а в сердце закралось нехорошее подозрение. Оно усилилось, когда крашенная блонди, потрясывая белой бумажкой, направилась прямо к нам.
— Ну, что я тебе говорила. Беременна. Я беременна от тебя Корзун. Вот и справка.
— В справке, что же и тест на отцовство имеется? — съехидничал Ваня, поглядывая на медицинский документ, как на ядовитую змею.
Я ахнула, и не в силах смотреть в довольное лицо однокурсницы, прикрыла глаза. Отшатнулась, чуть не споткнувшись об собственные пятнадцатисантиметровые каблуки. Ваня обхватил меня за плечи, но я тут же вырвалась.
— Ну все! Хватит! — взорвалась я, чувствуя как меня накрывает пелена гнева и обиды. Я сорвала с себя фату и оторвала подол с половиной юбки, уже предвкушая шаблонный бег по улицам, растряхивая сопли и слезы.
— Лера, не дури! — зло бросил Ваня и сделал шаг ко мне. — Эта шлюха соврет, у нее и пизда не покраснеет.
— Ну тебе, то виднее насчет пёзд. С меня достаточно. Поигрались и хватит. Разбирайся со своим гаремом сам.
— Да, каким гаремом! — возопил он. — У нас был один перепих. Чтобы твое внимание привлечь!
— Что!
Несколько голосов прозвучали в унисон.
— Неделю назад. — подтвердил он. — Ну какая беременность за неделю? Даже я знаю, что при таком сроке не выдают справок. Верно, я говорю Динара Тамерлановна, — посмотрел он на медсестру нашего университета. Та в свою очередь кивнула и неприязненно посмотрела на застывшую Лору.
— Разумеется. За неделю даже эмбрион не может сформироваться.
— Но у меня есть справка! — закричала Лора и подошла ближе к Ване, но он обошел ее и через мгновение сжал меня в объятиях.
— Я ж тебя люблю, всегда любил. И мы, кстати, уже женаты. Так что тебе не отвертеться.
— Всего один раз? — прищурила я глаза, невольно обнимая любимого. Он кивнул.