Глава 2.
Я нехотя, чувствуя непонятный мне самой страх, чуть наклонилась, заглянула в щель и обомлела. Дыхание замерло и кровь бросилась в лицо при виде абсолютного обнажённого Ивана Корзуна с эрегированным членом наперевес.
Уловив на себе насмешливые взгляды подружек, я постаралась сделать выражение своего лица абсолютно равнодушным, хотя разгоряченная кожа наверняка меня выдавали, и чуть охрипшим голосом тихо заключила:
— Его половой орган идеального размера и вполне готов для зачатия.
Я хотела добавить что-то ещё в таком же академичном стиле, но меня прервал сдвоенный возмущённый выдох девчонок:
— Ах, она су-у-учка!
Девушки засопели от возмущения, глядя на то, как столь понравившийся им орган попадает в плен чьих-то цепких женских ручек.
Тонкие пальчики нежно огладили возбуждённый ствол и принялись методично его ласкать, пока невидимая с такого ракурса девушка увлечённо целовалась с Корзуном.
Закусив губу от охватившего меня стыда и некого, не совсем понятного даже мне самой неприятного ощущения, я сделала вид, что всё это меня совершенно не интересует. Вот еще… Даже отошла на метр в сторонку.
Правда, покидать раздевалку не спешила, устроившись на низенькой скамейке. Мои мысли плавно потекли в русло, имя которому было — Иван Корзун.
Вообще, Корзун славился тремя вещами: он отлично играл в футбол, он был тем ещё бабников и его дядя спонсор нашего вуза.
Это не делало его высокомерным, но определенная доля эгоизма проявлялась. Ведь ему по сути можно было все. Даже трахать, какую-то сучку на глазах у однокурсниц.
И ещё Ваня Корзун пару раз спас мне жизнь.
Тяжело вздохнув, я очнулась от захвативших меня мыслей, а подружки всё так же продолжали наблюдение.
— Ого! — тихо ахнула Валька. — Да это же…
— Ага! — вторила ей Лелька, на чьём лице расплывалась издевательская ухмылка. — Ох, она у меня и попляшет!
— Но чем она его очаровала? — продолжала удивляться светловолосая и пышногрудая Валька.
Не зря родители говорили, что моё любопытство родилось раньше меня самой. Возглас Вальки стал последней каплей в чаше терпения, и я тоже приникла к щели в стене.
— У неё подходящие молочные железы для вскармливания ребенка, — заметила я, поглядывая, как колышется крупная, словно пара спелых дынь, грудь Лоры Разумовской. Уже, как два года замужней дочери проректора. — Наверное, это его и привлекло.
— Скорее, это изящные обводы её бёдер заставили его вожделеть её, — не согласилась Валька.
— Дуры вы! Зацените её классную задницу! Такую бы и я не отказалась укусить! — хохотнула спортивная, рыжеволосая Лелька.
Девушки переглянулись и захихикали. Я усмехнулась. Я любила этих таких, разных хохотушек. Они отвлекали меня от учёбы, в которой я порой терялась, уходя от реальности, забывая о таких важных вещах, как дружба или… любовь.
Я никогда и никому не говорила о своих чувствах к Корзуну. Да он бы и не взглянул на меня. Скучные черные волосы. Скучные карие глаза. Скучная, ничем не примечательная фигура. Тем более я никогда не стала бы вести себя, как очередная безмозглая поклонница и караулить его где-нибудь, например, в душевой или у подъезда его элитной многоэтажки.
Эти девки слетались к нему, как пчёлы на мёд.
Они западали на его спортивное тело и взлохмаченные волосы, на внушительный счёт отца в банке, мотоцикл, и на смазливую мордашку.
Корзун всегда был центром любой компании с самого первого курса, на который поступил в один год со мной. Специально прошел на бюджет и отдал место — стыдно признаться — мне. А еще он любил позубоскалить, полапать девчонок, подраться, но я знала, что это всё только маски.
На самом деле Ваня был очень умным, добрым и смелым парнем. На первом курсе несмотря на мой отвратительный характер всезнайки, он заткнул за пояс всех любителей пошутить, на втором — не дал пасть жертвой насильника, а на четвёртом — стал чемпионом города в шахматном турнире, в котором учувствовала и я.
Именно он придал мне смелости, что дало возможность получить грант на дальнейшее обучение в Лондоне.
Тогда я просто не поверила в эту чудо, а сейчас упорно готовилась не ударить в грязь лицом.
А ещё Ваня иногда подходил ко мне за советом, и я с радостью ему помогала. Правда, стараясь быть максимально сдержанной и безэмоциональной. Ну, чтобы он, не дай бог, не подумал, что я, как и все окружающие девчонки, тоже влюбилась в него.
Главная же проблема заключалась в том, что я уже давно поняла, что не просто влюбилась в этого весёлого парня с чарующими зелёными глазами.
Нет, я не влюбилась, а… полюбила.