Глава 8 Кассандра
вторник, 14 октября – 07:00
@ La Sombra
Queridos lectores…
Вы не поверите, с чего началось моё утро. Хотя нет — если вы давно читаете этот блог, то как раз поверите.
Сегодняшний кофе стал особенно бодрящим благодаря утреннему шепоту в коридорах: Хьюго Ривера, звезда школьной сборной по футболу, был замечен в… скажем, не совсем академической близости с одной из молодых преподавательниц. Имён называть не будем — в отличие от некоторых, мы умеем держать язык за зубами (но вы-то всё равно уже знаете, да?). Говорят, после этого случая «милую учительницу» больше не видели ни на утреннем совещании, ни на уроках. Совпадение?
Ах, эти внеурочные занятия…
Но не только футбольные романсы вызывают вопросы к дресс-коду в стенах нашего уважаемого учреждения.
Юбки становятся всё короче, топы — всё прозрачнее, а взгляд на дисциплину — всё более философским.
Некоторые ученицы, кажется, путают школу с кастингом на роль La próxima top model. Особенно — сестры Альварес, неутомимая Ариадна и её новая «подруга по подиуму» Анна-Мария Гомес (да-да, та самая). Если вы тоже заметили, как на уроках литературы становится слишком жарко — вы не одиноки.
Школа, как-никак, место для знаний.
А не арена для битвы декольте.
Оставайтесь с нами.
Дальше — только глубже.
La Sombra.
— Он просто… отвратителен, — выдавила я сквозь зубы, вонзив вилку в булку так, будто это был Сантьяго Феррантини. С хрустом, с яростью. Чтобы крошки — врозь, а злость — хоть немного наружу.
Сидела я в самом углу буфета. Тень, старая лампа с жужжанием насекомого, и застоявшийся воздух — ни души вокруг. Все нормальные собирались ближе к шуму, к жизни. А мне не хотелось ни жизни, ни людей. Хотелось только одного:
Забыть, что я должна теперь работать в паре с парнем, который пробуждает во мне желание либо убить, либо выть.
Не от чувств.
От злости.
От каждой его полуухмылки. От каждого взгляда. От каждого язвительного замечания, которым он в меня стреляет с точностью хищника.
И как назло — этот парень не Самуэль.
— Повезло тебе, конечно, — Бланка появилась внезапно, как выстрел пробивший тишину. — Только представь: ты и Феррантини. Один на один. Девчонки из второго «А» уже готовы выть от зависти.
Она плюхнулась рядом, за ней — Тони, с подносом и фирменной кривой ухмылкой.
— Классика жанра, — хмыкнул он. — Отличница и парень, у которого вместо души — кожура от тухлого апельсина. Интересно, на какой сцене начнёшь в него влюбляться?
— Никогда, — отрезала я. — Скорее в бордовый пиджак влюблюсь, чем в него.
Но Тони уже на волне:
— Слушай, Касс… представь: вы вдвоём, где-нибудь в подсобке. Он просит ручку… а потом — хоп — и всё, как в кино. Твоя сцена. Только держись подальше от его глаз: они как вирус, заражают.
— Если ты ещё раз скажешь что-то настолько идиотское, у меня случится паническая атака, — отрезала я. — Сядь уже. А то трясёшься — будто сам влюбился.
Бланка прыснула, прикрываясь рукой.
— Тихо, изверги. Тут же люди едят.
— А мне — мутит, — прошипела я, резко поднимаясь. — Пойду, найду что-то, что перебьёт вкус этой… ситуации.
Я шагала к автомату с напитками, будто к стенке. Спина ровная. Вдох. Выдох.
А в голове — шум.
Феррантини. Его полуулыбка, когда учитель назвал наши имена. Насмешка в глазах. Что он тогда подумал?
Я выбрала сок. Апельсиновый. Потому что, ну конечно. Ирония — вещь липкая.
Повернулась. Сок в руке. Поднос держу крепко. Всё под контролем.
Но потом — нечто странное.
Не толчок. Не пинок. Просто… движение в бок. Нога. Чужая. Выставленная. Специально. Чётко. Точно.
— Ах ты…!
Сок летит в воздух, как сцена в замедленной съёмке. Я падаю. Грохот. Всплеск. Цитрусовая лужа — вокруг меня.
Пауза.
А потом — смех. Сначала один. Потом ещё. Потом шквал. Кто-то щёлкает телефоном. Кто-то уже заливает в сторис.
Я сижу. Медленно поднимаюсь.
Сок в волосах.
Щека мокрая.
Колени ноют.
Руки дрожат.
И вот она.
Ариадна.
У дальней колонны. Салфетка в руке. Улыбка — холодная, резкая, натянутая. Слишком чистая. Слишком правильная.
Смотрит на меня — прямо. Спокойно. Улыбка говорит:
“Добро пожаловать, Кассандра. Ты — на моей территории. И ты — лишняя.”
Я выпрямилась. Медленно. Упрямо.
Взгляд — ей в глаза.
Без слов. Пока.