— Это твой будущий хозяин. — Она продемонстрировала экран с фото брутального брюнета. — Вожак стаи вервольфов из Нового Пскова. Зиновий решил отдать тебя ему.
Кольцо цвет не изменило. Алла говорила правду.
А вот Зиновий лгал. Как и свою дочь Милену, он собирался меня продать, хотя уверял, что я стараюсь, способная ученица.
Я... У меня... Ох... Мой хрупкий мир вновь рухнул!
Я ведь старалась... Тренировалась до потери сознания. А он... Это подло!
Сделав несколько глубоких вдохов и медленных выдохов, посмотрела на Аллу, стирающую салфетками размазанную косметику.
— Как можно сбежать, если вокруг охрана?
Женщина отвела влажную салфетку от почти чистого глаза.
— Легко, если знать, как. Но для начала переоденься.
Алла достала из принесенной сумки парик, куртку, спортивный костюм, теплые кроссовки и кепку — все черного цвета.
— Здесь также вещи на первое время. Переоденешься в гараже, поняла? И влезешь в багажник моей машины, смотри, вот отпирающая руна.
Несколько минут мы тренировались в рунологии.
— А как вы меня вывезете? Разве оборотни из охраны не учуют?
Алла усмехнулась.
— Не переживай, это моя забота. Сначала сделаем так...
Она опрыскала меня пахнущими мятой духами с ног до головы.
— А это деньги.
Алла достала из сумки две пачки, завернутые в черные пакеты.
— Будь внимательна, тяжелая пачка с мелкими купюрами — это для тебя. Легкая с крупными — для букиниста Василенко. Он отдаст тебе новый паспорт, я готовила его для дочери, поэтому, прости, будешь пока Миленой.
— Да хоть горшком, лишь бы не в печь, — вспомнила я поговорку, которую часто говорила бабушка.
— Я высажу тебя возле магазина Василенко и уеду. Заберешь паспорт и на такси доберешься до автовокзала. Покупай билет до Новой Москвы, там легче всего затеряться. Поняла?
В моей голове кружил вихрь из десятков мыслей. Я никак не могла осознать: все, новый поворот в моей жизни.Я — беглянка!
В багажнике я едва не померла. Алла разбила в салоне авто флакон ядреных духов и сообщила охране, что едет на мойку.
Разумеется, ни один затыкающий нос оборотень и не подумал осмотреть машину.
Я успела пожалеть раз десять, что согласилась на авантюру, в слезящихся глазах потемнело, голова не соображала от боли.
К счастью, автомобиль вскоре остановился.
Алла открыла багажник и напряженным голосом спросила:
— Ты в порядке?
Я отрицательно покачала головой. Кажется, я отравилась духами.
Будто не замечая мое состояние, Алла велела:
— Вылезай! Букинистический магазин за углом, осталось два часа до закрытия. Поспеши!
— Спасибо за помощь. Я никогда не...
— Элли, давай быстрее, мне еще на мойку ехать!
Алла вытащила рюкзак и помогла вылезти мне.
Она уехала, а я долго не могла отдышаться, вытолкнуть из своих легких пряный аромат. Ощущение, что я пропиталась им до мозга костей.
В небольшом магазине старых книг пахло бумагой и кофе. Я бродила между стеллажами, отходя от вонючего начала побега.
Худощавый пожилой мужчина, сидящий за прилавком, вначале коршуном следил за каждым моим шагом и при этом тер нос. Минуты бежали, и он потерял ко мне интерес.
Когда я решилась подойти, Василенко любезно спросил:
— Не нашли то, что искали? Я могу помочь?
Вытащила из сумки черную пачку и положила на прилавок.
— Я от Аллы, пришла за своим паспортом.
— Гм… Секунду, барышня.
Добродушное выражение лица Василенко вмиг сменилось настороженностью. Глаза хищно блеснули желтым. Он оборотень? Тогда понятно, почему морщил нос — я все еще воняю духами.
Букинист достал откуда-то из-под прилавка обыкновенную картонную коробку.
— От Аллы... паспорт на имя Милена, значит.
Он без спешки перебирал документы, точнее, пустые заготовки с магическими голограммами.
Ух... Столько чистых паспортов и водительских удостоверений! Почти готовые документы, оставалось вписать данные и вклеить фото.
После войны с рептилоидами, когда сверхи открылись человечеству, многие пожелали заменить ворованные или липовые документы настоящими. И некоторые сверхи, долгие годы успешно выдававшие себя за людей, оформили лицензии на замену паспортов для сородичей.
— Вот, нашел. Милена Ложкина.
— Как? Ложкина? — Я не верила своим ушам. — Какая странная фамилия!
В школе мне доставалось за вполне красивую фамилию Светлова. Я была то Светляковой, то Свекловой... А теперь стану Ложкиной?
— А можно другую фамилию?
— Нет, — отрезал букинист. — Иди в туалет, поправь прическу. Нужно тебя сфотографировать.