Будто читая мысли, Зиновий тихо произнес:
— Не жалей уродов, ты была не первой их жертвой. Другим не повезло, могилы несчастных так и не нашли.
Несколько секунд мы молча глядели друг на друга. Ненависть, страх ушли. Осталось уважение ученицы к учителю.
А ведь Зиновий точно Садовник. Из полукровки вырастил высшую амори…
В сердце зажегся огонек благодарности.
Демьян прокашлялся.
— Простите, нам с Элис пора ехать.
— Разумеется. Элеонора, позволишь, я помогу надеть знак?
Впервые я слышала просительные ноты в голосе Зиновия. Так необычно... и уязвимо. А еще все эти комплименты в адрес моих способностей... ох!
Что-то во мне дрогнуло.
Я посмотрела на Демьяна, деликатно не влезающего в мой разговор с учителем, но все это время служащего мне надежным тылом, щитом, за который можно спрятаться в случае опасности.
На мой молчаливый вопрос он пожал плечами: мол, твой выбор, не препятствую.
Перевела взгляд на проверенный врахосом кафф.
Да, я высшая амори. Но важно, чтобы все сидхе это видели.
— Да, помогите мне с каффом.
Садовник аккуратно разместил его на моем левом ухе. Отошел на два шага и слегка наклонил голову, словно любуясь.
Хм, кафф на мне, но пока ничего не ощущаю...
— Девочки такие девочки, — протянул Садовник с легкой грустью. — Доверчивые.
За ухом словно пожар вспыхнул.
И я потеряла сознание.
Коварство сидхе не знает границ!
Я открыла глаза с этой мыслью.
И где я? Над головой белый потолок с красивой люстрой на пять плафонов в форме лилий.
Чуть приподнялась на локте и огляделась.
Большая светлая гостиная с двумя лимонными диванами. Я лежу на одном из них, укрытая клетчатым пледом.
За ухом слегка жжется.
Потрогала осторожно.
Кафф на месте. Снимается легко и больше не фонит магией, то есть со своей задачей справился, передал мне заклинание — метку высшей.
Можно со спокойной душой отправить в шкатулку для драгоценностей и надевать, когда Александра опять будет работать с сидхе, чтобы подчеркнуть свой статус.
А еще, как только доберусь до зеркала, взгляну на знак.
Пока никакого подвоха.
Провела самодиагностику — с каналами и резервом все в порядке.
Тогда почему мне стало дурно?
Или после нанесения меток всегда так? А, может, виноват стресс?
— Демьян, я уверена, девочка проспит до утра после инициации. Возле нее фейерверк взрываться будет, сейчас не услышит.
Узнаю голос мамы Демьяна. Значит, мы доехали в пункт назначения? Уже хорошо.
И страшненько.
Как примут меня, жену на семь дней, родственники Демьяна?
В голосе госпожи Черемет сейчас сочувствие, но что будет позже, когда притупится чувство благодарности за то, что спасла их клан от магического отката?
— Хорошо, пусть Элис спит, а я побуду рядом.
— Не надо сближаться, Ян, — попросила женщина грустно. — Судя по рассказу твоего отца, это чудесная, смелая девочка, но… Не для тебя. И ты не для нее. На семь дней точно вам необходимо держаться подальше друг от друга.
— Так мы и держимся, — удивился Демьян.
— Нет… У тебя было такое лицо, когда привез ее бесчувственную. Ты начинаешь влюбляться, Ян.
— А что, если я уже?..
Мое сердце пропустило удар, замерло. Я чуть не задохнулась от радости и нехватки воздуха.
— Тогда ты обречен, Ян! — трагично констатировала госпожа Черемет. — Вы будете рядом целых семь дней, ни один влюбленный врахос не выдержит притяжения. И если после близости окажется, что она не твоя истинная…
— Ну, у тебя точно будут внуки, Ефим с Ладой постараются сделать их больше.
— Демьян! — возмутилась женщина. — Дело не в том, что я хочу понянчить внуков, нет. Дети нужны тебе.
— Разве лишь в них смысл жизни?
— Да! Для женщины точно в них. Однажды твоя суккуба проснется с мыслью, что хочет, чтобы ее обняли крохотные ручки, чтобы похожий на нее малыш назвал мамой... Ты не представляешь, какое заполняет счастьем беременную, когда она впервые ощущает, как зашевелился ее малыш…
Долгое красноречивое молчание.
Я отчетливо слышала взволнованное дыхание хозяйки дома. Она искренне верила в то, что говорила. Верила и желала добра своему сыну.
— Она захочет детей, а ты не сможешь дать ей этого счастья...
Тягостная пауза. Сейчас госпожа Черемет мерзко добавит, что я пойду налево, чтобы забеременеть.
О-о, и тогда Демьян вспомнит, почему мой отец — Садовник, а не муж мамы! История прямо повторяется. Ужас какой! Даже мне страшно от этого сходства!