— Моей доли? — обескураженно переспросил Флитвик. — Мистер Лавгуд, ну что вы…
— Даже не начинайте, профессор, — закатив глаза, перебил я его. — Так будет правильно.
— Эх… Мне вас не переубедить?
— Ну вы же меня знаете, — с улыбкой проговорил я. После этого мы продолжили заниматься проверками портрета.
— Так… Все готовы к финальному испытанию? — спросил я окружающих.
— ДА! — взорвалось помещение этим возгласом. Все были сильно взволнованы. Особенно наш факультетский призрак — сэр Николас.
Всего каких-то несколько месяцев, и зелье материализации (недавно решили дать ему такое название) было готово. Помощь исследовательского и экспериментального отделов оказалась весьма кстати. Впрочем, я бы и сам справился максимум через месяц. Пока определился их первоначальный состав, пока они ознакомились со всеми теоретическими выкладками, пока втянулись в работу… В общем, помогали они мне только последний месяц. А скоро уже конец года.
Блин! Уже конец года скоро ведь! Как я мог забыть об этом? После первого собрания столько всего навалилось, что я перестал замечать время. Организация работы, постоянные вопросы от руководящего состава, от прочих ребят, которых первые набирали в свои отделы, разработка техники безопасности, кодекса, поиск поставщика семян для Невилла, курсов для Хагрида, договор о начале строительства заповедника (слава Смерти, что контроль строительства Дамблдор решил обеспечить сам, святой дед), разработка униформы в конце концов! И это если забыть о собственных тренировках, исследованиях с экспериментами и учёбе… Спасибо Герми за помощь, она можно сказать выполняет обязанности моего заместителя, хоть на словах всё ещё отказывается участвовать во всём этом.
Эх… Шутка на тему «в вашем Бодроперцовом крови не обнаружено» скоро перестанет быть шуткой. Я его пил больше, чем всех прочих видов жидкости вместе взятых с момента того собрания. Хочу хроноворот… Я уже всерьёз подумываю о том, чтобы стащить один из Министерства.
— Кхм… Прошу прощения, задумался, — выныривая наконец из своих мыслей, сказал я, встряхивая головой. Не стоит погружаться в себя в такой важный момент. — Сэр Николас, вы готовы? — обратился я к призраку.
— Да! Уже почти полгода я только и жду этого момента! — в нём энтузиазма было даже больше, чем во всех остальных вместе взятых. Впрочем, его можно понять.
— Прекрасно! В таком случае я приступаю.
На стоящем рядом со мной столе находилась колба с густой желеобразной жидкостью салатового цвета, которая при этом испускала флуоресцентное свечение и будто бы имела внутри себя блёстки. Именно эту колбу я взял, откупорил и протянул руку с ней в сторону призрака так, чтобы колба оказалась внутри него. Вещество начало стремительно исчезать, впитываясь в призрака. Как только исчезла последняя капля, я закупорил ёмкость и поставил её обратно. Какое-то время ничего не происходило, но через пару минут…
— Кажется, работает! — воскликнул кто-то из рейвенкловцев. Здесь сейчас были не только ребята из экспериментального отдела, умникам тоже хотелось посмотреть на результат.
И правда, постепенно Николас становился менее прозрачным. Это ещё не доказательство успеха, но это можно считать первым признаком. Спустя ещё какое-то время процесс завершился. Николас всё ещё просвечивал, но уже куда меньше, чем до принятия зелья. Примерно также как наш замковый полтергейст.
— Ммм… Честно говоря, ничего необычного не чувствую… — с сомнением в голосе протянул он, рассматривая свои руки.
— А мне кажется, что всё сработало, — улыбнувшись, сказал я, протягивая руку и хватая его ладонь. — Рад наконец пожать вам руку, сэр Николас! Спасибо вам за то, что все эти годы присматривали за нашим факультетом.
— Я… — призрак обескураженным взглядом смотрел на место соприкосновения наших рук. Раньше он мог только имитировать прикосновения, сейчас же они были вполне реальны. — Я чувствую… Чувствую твою руку… — по его призрачному лицу заструились серебристые капельки слёз. И его слова прорвали плотину.