Достав из кармана мантии пергамент, приложил к нему палочку и произнёс.
— Торжественно клянусь, что замышляю шалость и ещё большую шалость.
Тотчас на пергаменте, в том месте, которого я коснулся палочкой, одна за другой стали появляться тоненькие чернильные линии. Линии соединялись, пересекались, расползались как паутина по краям пергамента, и скоро наверху распустились, как цветы, выведенные зелёными алыми чернилами слова:
Господин Хитрый, Но Сильный
И господин Сильный, Но Хитрый
Поставщики вспомогательных средств для волшебников-шалунов нового поколения с гордостью представляют своё новейшее изобретение
КАРТУ НЕГОДЯЕВ
— Название получше не могли придумать? — пробормотал я. Хм… И они запомнили то, как я представлял их Гарри и отразили это здесь. Забавно.
На карте были видны все до единого закоулки замка и территория на много километров вокруг. Но, что самое главное, по ней двигались крошечные чернильные точки. Стоило навести палочку на какую-то конкретную, как появлялась подпись, формируя из чернил имя.
— Профессор Дамблдор… — сказал я, приложив палочку к центру карты. Тут же рядом с одной из точек появилась нужная подпись. Директор оказался в своём кабинете.
Тайные проходы были отмечены чёрными прямоугольниками. Стоило навести на них палочку, и появлялась дополнительная информация. По типу того, что из себя представляет проход, что нужно сделать, чтобы туда попасть, что на другой стороне и насколько персонал школы осведомлён об этом проходе. В общем, здесь было всё то, что и у Карты Мародёров, но лучше.
Меня интересует проход в Хогсмид, ведущий в «Сладкое королевство». Накинув мантию-невидимку, я направился на четвёртый этаж, и отыскал там статую старой одноглазой ведьмы. Сверившись с картой, я коснулся статуи палочкой и прошептал:
— Диссендиум.
Горб старухи открылся и появилось отверстие. Не особо большое, но достаточное, чтобы я мог в него пролезть, не меняя своей формы. Коротко оглядевшись по сторонам, я коснулся палочкой карты и сказал.
— Шалостей много не бывает, — и карта исчезла.
Свернув пергамент, я спрятал карту в мантии и нырнул в проход, упав на земляную площадку. Здесь было весьма темно, так что я зажёг на кончике палочки Люмос, осветив низкий и узкий земляной коридор. Немного оглядевшись, я начал идти вперёд. Коридор был очень длинным и петлял словно нора гигантского кролика. К тому моменту как мне надоела эта однообразная ходьба, коридор пошёл вверх.
Скоро показались ступеньки, вырубленные прямо в земле, некоторые из них обвалились. Посмотрев на это зрелище несколько секунд, взмахнул палочкой, восстанавливая их, и начал подниматься наверх, быстро добравшись до люка. Я прислушался: всё тихо. Медленно приоткрыл крышку люка.
Над ней оказался подпол, заставленный деревянными ящиками и корзинами. Я выбрался из подземелья и опустил крышку на место. Она легла так плотно, что если про неё не знать, то и не догадаешься, что в этом месте начинается подземный ход. Тихонько подошёл к деревянной лестнице. Наверху отчётливо слышались голоса, скрип входной двери и звон колокольчика. Дверь из подвала была слегка приоткрыта, и я осторожно прошёл через неё.
Покупателей было мало, всё же уже вечер и скоро магазин должен будет закрываться. Вот с одним из них я и вышел на улицу, начав продвигаться переулками в сторону паба «Три метлы». В тех же переулках я скинул мантию-невидимку и изменил свой облик на более взрослый.
Зайдя, наконец, внутрь, я коротко огляделся, отметив среднюю заполненность бара, и направился к стойке, за которой полная миловидная женщина наполняла бокалы.
— Мадам Розмерта, доброго вечера. Можно мне, пожалуйста, кружечку сливочного пива? — доброжелательно улыбнувшись, попросил я, сразу кладя на оплату на стойку.
Получив желаемое от улыбчивой женщины, направился к столику, за которым сидела пара волшебников. Один был высоким голубоглазым блондином, другой с меня ростом, тёмными волосами, карими глазами и в очках.
— Здравствуйте, господа. Надеюсь, я не сильно опоздал? — обратился я к ним, присаживаясь на свободное место, за столиком их как раз было всего три.
— А вы, я так полагаю… — вопросительно посмотрев на меня, начал очкастый.
— Герр Лавгуд, richtig? [верно?] — закончил за него блондин.