— Ого… — с придыханием в голосе сказал Адриан.
Объединение зрения было односторонним. То есть я видел только то, что вижу сам, а он и своё и моё, поэтому, чтобы не перегружать себя информацией, Адриан стоял с закрытыми глазами.
— Наблюдай внимательно… — пробормотал я, начав медленно водить взглядом по сторонам в течении примерно минуты. — А теперь попробуй активировать парселтанг, — сказал я, переведя взгляд обратно на него. Да, я научил их парселтангу.
Молча кивнув, мужчина сосредоточился, даже не поправив по привычке сползшие очки. И мозгошмыги внутри него начали более активно втягивать в себя производимые им частицы магии. Или правильней будет сказать, что частицы сами к ним направились? В любом случае, после этого данные сущности начали менять свою форму на змееподобную. Она была несовершенна, колебалась, пытаясь вернуться к прежней форме, но всё же змейки из них получились.
— Удивительно… — прошипел на змеином языке Новарро.
Я перевёл взгляд вниз, на своё тело, чтобы посмотреть на своих мозгошмыгов. Поскольку я также активировал парселтанг, то у меня они тоже были в форме змей, но детали отличались. Качество их формы было куда выше, чем у Адриана, она не колебалась, пытаясь откатить изменения. И детализация змеиной формы моих мозгошмыгов была куда выше. Думаю, дело в моём мастерстве благодаря обширной практике.
— Вот к чему мне стоит стремиться в парселтанге… — задумчиво пробормотал испанец.
— Верно, — кивнул я, отменяя воздействие и мои мозгошмыги вернулись в исходное состояние.
И что примечательно, исходное состояние моих мозгошмыгов очень сильно отличалось от других волшебников. Если у других данные сущности в большинстве своём представляют белёсые шарики, то у меня их форма была неопределенной, постоянно искажаясь хаотичным образом. Я думаю, что это проявление моего магического дара — метаморфизма, но для подтверждения теории мне нужно посмотреть магическим зрением на Нимфадору как на единственного знакомого мне метаморфа помимо меня самого.
Кстати, касательно формы этих тварюшек. У Гарри некоторые мозгошмыги находятся в форме змей перманентно. Причём расположены эти мозгошмыги у него в голове, в районе лба. А если быть точным, то рядом со шрамом и были они какими-то… Темноватыми.
В общем, благодаря этим глазкам я за последнее время получил ооочень много информации для размышлений. Будь у меня больше времени их использования каждый день, было бы куда проще вести наблюдения и делать выводы, но, увы, чего нет — того нет.
— Предлагаю заканчивать, — сказал я, начиная откатывать изменения глаз, а то те уже начинают побаливать.
— Согласен, а то у меня уже глаза начинают болеть, — согласился Адриан, прерывая действие ритуального круга. — Ммм… — болезненно промычал он, массируя глаза пальцами. — Я почувствовал лишь часть боли, но теперь понимаю, что это зрение действительно нельзя использовать слишком долго. Ощущения как при откате от провального ритуала.
— У тебя тоже был опыт? — спросил я, покидая магический круг.
— Конечно, я же ритуалист. Опыт был, и не раз, к сожалению, — криво улыбнувшись, сказал он, наконец поправив очки, сползшие ещё в начале данного эксперимента. — К счастью, я достаточно хорошо следую технике безопасности, поэтому, несмотря на периодические провалы ритуалов, пока жив и стою здесь, а не похоронен где-то в Испании.
— Понятно, — с пониманием и сочувствием кивнул я. Думаю, быть ритуалистом-экспериментатором не очень приятно, учитывая какая боль следует за провалом.
— Кстати, у меня не было возможности наблюдать, но как всё выглядело, когда ты обучал нас использовать парселтанг? — с интересом посмотрел на меня испанец.
— Ну, это было что-то похожее на данный ритуал, — слегка нахмурившись, начал вспоминать я. — Между нами также был построен канал из магии, и по нему навстречу друг к другу устремились мозгошмыги… Так, давайте придумаем им другое название, а то это звучит слишком несерьёзно, — слегка сбившись с темы, предложил я.
— Йа-йа, Ich unterstütze [поддерживаю], мне тоже оно не нравиться, — подал голос Фуфелшмерц.
— Ладно, — безразлично пожав плечами, сказал Адриан. Видимо, ему самому по барабану. — Есть предложения?
— Хм… Хайнц? — обратился я к другому коллеге.
— Может… Магус…? — задумчиво нахмурившись, предложил он.
— Ну, это всяко лучше, чем мозгошмыги. Ладно, пусть будут магусы… — сказал я. Не очень долго мы над этим думали, но ладно, это не столь важно, главное чтобы звучало нормально.