— …Ничего не хочешь сказать по этому поводу? — не дождавшись продолжения, хмуро спросил министр.
— Хм… — Льюис опустил взгляд, задумавшись. — Да! — придя к какому-то решению, решительно кивнул он и, набрав воздуха в грудь, заявил. — На вкус как курица.
— Кха-кха-кха!
Сопровождавший министра мракоборец, который как раз ел куриную ножку, после заявления мальчика подавился и долго не мог откашляться, стуча себя кулаком в грудь, пока все смотрели на него глазами, наполненными самыми разнообразными эмоциями. Ярость в глазах Фаджа, мрачное удовольствие у Снейпа, веселье у Дамблдора и нотка сочувствия напополам с весельем в глазах МакГонагалл, которая периодически кидала строгий взгляд на причину конфуза — Льюиса Лавгуда. Сам виновник смотрел на мракоборца с безразличием.
Фадж, тяжело дыша и мысленно приняв решение понизить своего сопровождающего в должности и назначить штраф, медленно повернулся обратно к мальчику, долгие две минуты сверля его раздражённым взглядом.
— Это не смешно, мальчик, — хмуро проговорил министр.
— Конечно, — согласно кивнул он. Фадж было удивился появившейся покладистости, но… — Нет ничего смешного в том, что один из дементоров, которые по идее должны быть подконтрольны Министерству, проник на территорию школы, полной детей, — проговорил он, смотря на Фаджа осуждающим взглядом.
— Ты уничтожил собственность Министерства… — сквозь зубы проговорил Корнелиус. Даже этот мальчишка смеет обвинять его в ситуации с Азкабаном. Да как он смеет!
— Мерзкого душееда, который напал на меня, чему есть даже не десятки, а сотни свидетелей… — пронзая Фаджа стальным взглядом, проговорил Лавгуд.
— Да как ты…! — начал было кричать Фадж, но…
— Корнелиус, — сказал всего одно слово Альбус Дамблдор, заставив министра застыть. — Вы общаетесь с ребёнком, который подвергся нападению дементора. Прошу, будьте спокойны и благоразумны, как подобает взрослому.
— … — тяжело вздохнув, Фадж постарался успокоиться. — Мистер Лавгуд, расскажите, что вы знаете о ситуации, произошедшей в Азкабане в канун Рождества, — приказал он, глядя мальчику в глаза пристальным взглядом.
— … — какое-то время молча посверлив взглядом собеседника, Льюис неожиданно улыбнулся. — Вы серьёзно считаете, что я как-то причастен к этому? В насколько же большом вы отчаянии, раз желаете сделать меня козлом отпущения? — в этот момент неслышимо для всех, кроме Дамблдора, хмыкнул Снейп, вспоминая собственные выводы, которые были весьма схожими. — Хорошо, я отвечу на ваши вопросы, — неожиданно для хотевшего снова взорваться министра заявил Льюис. — Но для начала… Профессор Снейп, не могли бы вы принести сыворотку правды? А то боюсь, что господин министр может усомниться в моих словах. Пожалуйста, — проговорил он, повернувшись в сторону учителя зельеварения.
— Хмф! — надменно фыркнув, зельевар нахмурился, думая о том, что задумал этот мальчишка. — У меня нет никакого желания тратить столь ценное зелье ради подобного фарса, — сказал он, окинув министра снисходительным взглядом, показывая этим, что думает обо всей этой ситуации. Он дал шанс мальчишке, правительство не имеет права принуждать несовершеннолетних пить сыворотку правды.
— Я настаиваю, профессор. Можете быть уверены, я в полной мере возмещу ваши траты, — настаивающим тоном проговорил Лавгуд, глядя ему в глаза спокойным взглядом.
— Северус, раз мальчику нечего скрывать, то наша обязанность, как его наставников, помочь ему доказать свою невиновность, — мягко улыбнувшись, сказал учителю Альбус.
— Хмф! — в очередной раз раздражённо фыркнув, зельевар покинул кабинет, думая о том, что потраченные на него нервы мальчишка не сможет ему возместить.
Примерно спустя десять минут мужчина вернулся, поставив на директорский стол флакон с зельем и положил рядом пипетку, после чего с недовольным лицом встал на своё прежнее место. Откупорив один пузырёк, он набрал зелье в пипетку и капнул на язык три капли.
— Три капли? — недовольно нахмурившись, высказался Фадж.
— Трёх капель достаточно, — сказал Снейп, холодно глядя на министра.
— Это правда, господин Фадж, — наклонившись к министру, прошептал сопровождающий его мракоборец.
— Хм… Как тебя зовут? — раздражённо хмыкнув, начал задавать тестовые вопросы Корнелиус.
— Моё полное имя — Льюис Лавгуд.
— Какого ты пола?
— Мужчина, — сказал мальчик, глядя на спросившего будто на идиота.
— Дата рождения?
— Тринадцатое февраля тысяча девятьсот восьмидесятого года.