После нужно ещё одно дополнительное кольцо, расширяющее ритуальный круг, оно на основе происхождения яда (про яд немного позднее) должно перестроить организм в яйце по нужному образу, то есть превратить в змею, а именно в василиска. Из-за этого же определённое влияние изначальной формы существа становится для него губительным (крик петуха). Для чего нужна перестройка и почему бы просто не прокачать змею? Тут есть только предположения волшебников, исследовавших эту тему. Увы, Герпий Злостный, который первым и вывел василисков, информации об этом не оставил.
Так вот, о предположениях… В случае змеи трансформация была бы не особо сильная, а вот в случае цыплёнка трансформация столь масштабная, что попросту ломает природные ограничители в теле этих тварей (не без помощи магии), что и позволяет им вырастать до пятнадцати метров в длину, толщиной с колонну, ошеломляющим пределом возраста и оружием, которое с возрастом становится всё опаснее и опаснее: яд и взгляд.
Вот такой вот интересный получается ритуальный круг… В центре которого будет обыкновенное куриное яйцо, которое будет высиживать жаба. Жаба в теории может быть любая, но на практике немагическая жаба вряд ли доживёт до появления василиска, что и для самого змея фатально.
Заставить жабу высиживать яйцо труда не составит, ментальные чары в помощь. Сложность состоит в том, что ей нужно скормить змеиный яд, о котором я ранее упоминал. С помощью магического круга жаба передаёт зародышу в яйце многое: жизнь, магию, и главное — яд, на основе которого будет формироваться яд василиска. И чем мощнее и опаснее будет яд, который я дам жабе, тем круче будет начальная форма яда василиска, так он ещё и опаснее будет становиться с возрастом, и коэффициент роста опасности тоже от этого зависит. Допустим, если скормить одной жабе яд какой-нибудь не особо опасной змеи, а другой яд, например, королевской кобры, то когда василиски вылупятся, яд второго будет многократно опаснее, и с возрастом разница будет только расти.
Но здесь же кроется сложность! Чем опаснее яд, тем больше шансов, что жаба его не переживёт и создание василиска будет провалено. И, конечно, ко всему прочему понадобится яд как минимум одной магической змеи, всё же у этих волшебных змей и яд волшебный. Хорошо ещё, что жабу можно пичкать чем угодно для её выживания после кормления ядом, на ритуал это, к счастью, не повлияет.
Как это всё вяжется с тем, что мне пришлось тащится в Бразилию, а именно в Сан-Паулу, и лететь на непонятный остров? Потому что это остров Кеймада-Гранди.
Кеймада-Гранди, он же Илья-да-Кеймада-Гранде, более известный как Змеиный остров, это остров у побережья Бразилии в Атлантическом океане. Остров прославился обилием змей, потому и получил своё название. Остров небольшой, площадью всего сорок три гектара, и отличается умеренным климатом. Его рельеф варьируется от голых скал до тропических лесов.
Змеи оказались в ловушке на острове тысячи лет назад после окончания последнего ледникового периода, когда повышение уровня океана отделило остров от материка. Последовавшее за этим эволюционное давление позволило змеям адаптироваться к их новой среде обитания, быстро увеличив популяцию и сделав остров опасным для посещения публикой.
Кеймада-Гранди закрыт для публики в целях защиты как людей, так и змей; доступ доступен только для ВМС Бразилии и избранных исследователей, прошедших проверку в Институте сохранения биоразнообразия имени Чико Мендеса, федеральном природоохранном подразделении Бразилии.
Эта земля — настоящее змеиное царство. И самый крупный природный серпентарий в мире. Густота «населения» составляет пять змеючек на один кв. м (напоминаю, остров 43 гектара, то есть около 430000 кв.м.). Для будущей трапезы, змеи предпочитают ловить зазевавшихся перелётных птиц, которые попадают к ним в пасти, не успев понять, какую опасность таит в себе этот остров.
Здесь множество видов змей, но самые опасные обитатели Кеймада-Гранди — островные ботропсы. Они чрезвычайно ядовиты. Это связано с тем, что пресмыкающиеся уничтожили всех своих природных врагов на острове. У них нет необходимости часто использовать свои жала. А чтобы обездвижить птицу или грызуна на обед, яда расходуется ничтожно мало. Вот и настаивается, и концентрируется гремучая смесь в их железах. Противоядия же просто не существует. Яд ботропса действует мгновенно и вызывает обширный некроз тканей.