Вскоре появились ещё одни наши знакомые. Вдоль кресел второго ряда к трём свободным местам как раз позади мистера Уизли пробирался не кто иной, как Люциус Малфой с Драко и своей женой Нарциссой.
— А, Фадж! — произнес мистер Малфой, подходя к министру, который разговаривал с болгарским министром магии, и протягивая руку. — Как дела? По-моему, ты ещё не знаком с моей женой Нарциссой? И с нашим сыном Драко?
— Добрый вечер, добрый вечер! — Фадж улыбнулся и поклонился миссис Малфой. — А мне позвольте представить вам мистера Обланск… Обалонск… мистера… короче, он болгарский министр магии и не понимает ни слова из того, что я говорю, так что не беспокойтесь. И давайте посмотрим, кто тут у нас еще? С Артуром Уизли вы знакомы, я полагаю?
— Верно… — негромко произнёс он, окинув нашу компанию взглядом, чуть дольше задержавшись на мне.
Вскоре в ложу ворвался Людо Бэгмен.
— Все готовы? — пророкотал он. Его лицо светилось, словно круг эдамского сыра, если только можно представить себе взволнованный сыр. — Министр, начинать?
— По твоей команде, Людо, — с удовольствием отвечал Фадж.
Бэгмен выхватил волшебную палочку, направил себе прямо на горло и приказал:
— Сонорус!
И с этого мгновения его голос превратился в громовой рёв, заполнивший до предела забитый стадион; этот голос раскатывался над нами, отдаваясь в каждом уголке трибун.
— Леди и джентльмены! Добро пожаловать! Добро пожаловать на финал четыреста двадцать второго Чемпионата мира по квиддичу!
Зрители разразились криками и аплодисментами. Развевались тысячи флагов, добавляя к шуму разноголосицу национальных гимнов. С гигантского табло напротив сгинуло последнее объявление — Берти Боттс еще успел посулить небывалые ощущения от каждой конфетки своего драже, — и зажглись слова: БОЛГАРИЯ — НОЛЬ, ИРЛАНДИЯ — НОЛЬ.
— А теперь без долгих предисловий позвольте представить вам… Талисманы болгарской сборной!
Правая часть трибун — сплошь в красных флагах — одобряюще заревела.
— Интересно, что же они привезли? — пробормотал мистер Уизли, наклоняясь вперед. — А-а-а-а! — Он спешно сдёрнул с себя очки и принялся протирать их. — Вейлы!
— Вейлы!? — заинтригованно воскликнул Блэк и подался вперёд.
На арену выбежала сотня прекрасных женщин и пустились в пляс. Постепенно вейлы отплясывали все быстрее, все зажигательней. Учитывая очарование вейл, состояние парней из нашей компании, а также мистера Уизли и Сириуса… Заставляло стыдиться.
Когда их танец закончился, трибуны взорвались недовольными криками — зрители не хотели отпускать вейл, и мужская часть нашей компании (за исключением меня) была на их стороне. Мы с девчонками лишь осуждающе качали головами на это их поведение.
— А теперь, — загрохотал голос Людо Бэгмена. — в знак приветствия поднимем наши волшебные палочки… Перед нами талисманы сборной Ирландии!
В следующую секунду нечто похожее на громадную зелёно-золотую комету влетело на стадион. Сделав круг, она распалась на две поменьше, каждая из которых со свистом понеслась к голевым шестам. Связывая два пылающих шара, над полем неожиданно аркой встала радуга.
Бесчисленные зрители дружно издали громогласное «о-о-о-ох» и «а-а-а-ах», глядя на этот фейерверк. Радуга угасла, светящиеся шары вновь соединились и слились, образовав на этот раз исполинский мерцающий трилистник, который взмыл в небо, завис над стадионом, и из него хлынуло нечто наподобие золотого дождя.
— Лепреконы! — попытался перекричать громовые аплодисменты толпы мистер Уизли; многие еще рыскали и толкались под креслами, собирая золото.
Величественный трилистник распался, лепреконы опустились на поле — на противоположную сторону от вейл — и, скрестив ноги, расселись, чтобы смотреть матч.
— А теперь, леди и джентльмены, поприветствуем — болгарская национальная сборная по квиддичу! Представляю вам — Димитров!
Фигура в красных одеждах, на метле, двигающаяся с такой быстротой, что казалась размытой, вылетела на поле из дальнего нижнего входа под сумасшедшие аплодисменты болгарских болельщиков.
— Иванова!
Подлетел второй игрок в красной мантии.
— Зогров! Левски! Волчанов! Волков! И-и-и-и-и-и — Крам!
Виктор Крам был худым, темноволосым, с лицом землистого цвета, внушительным крючковатым носом и густыми черными бровями. Он походил на большую хищную птицу. С трудом верилось, что ему всего восемнадцать.
— А сейчас, прошу вас, встречаем ирландскую национальную сборную! — надсаживался Бэгмен. — Представляю: Конолли! Райан! Трой! Маллет! Моран! Куигли! И-и-и-и-и — Линч!