— О, стоп. Я забыл взять батарейки для фонариков и ламп. Думаю, заряд на нуле. — Он пихнул сумку с едой мне в руки. — Сейчас вернусь.
Я обернулась, восхищаясь его стройным телом, пока он бежал обратно в комплекс.
— Джасинда?
Я вздрогнула, услышав свое имя. Кассиан стоял прямо за мной. Я не была удивлена, что не услышала, как он подошел, но удивилась, что не почувствовала его. Раздражение промелькнуло в его взгляде, когда он посмотрел поверх меня на Уилла. Снова взглянув на меня, он быстро остудил эмоции в своих глазах, но я все еще чувствовала остаточный осадок внутри.
— Да? — спросила я, проклиная неловкость момента.
— Я просто хотел поблагодарить тебя.
— За что?
— За все, что ты сделала ради моей сестры. Я знаю, что вы обе не всегда ладили.
Я улыбнулась.
— А как насчет "никогда"?
Он улыбнулся в ответ, склонив голову в знак согласия. И эта убийственная улыбка — вспышка прямых, белоснежных зубов на смуглом лице — напомнила мне о количестве девушек, жаждущих этого парня. И дело не в его силе и положении в Стае.
— Да. Она не особо старалась понравиться тебе. Боюсь, отцу придется серьезно поработать над этим. — Его улыбка угасла. — Но ты все же хотела спасти ее и осталась с ней, когда думала, что я мертв.
— Я сделала это ради тебя.
Тишина повисла между нами, и я заерзала под его пристальным взглядом. Подумала о его словах, о том, как мы рисковали, чтобы спасти ее, и с трудом сглотнула. Она все еще была в опасности. Все еще не выбралась. Пытался ли он заставить меня остаться и помочь? Но заглянув в его блестящие темные глаза, я увидела только искренность в чертах его лица. В этом разговоре не было скрытого мотива.
— Давай сюда.
Он взял сумку из моих рук, и вместе мы пошли к фургону, тихо шагая по асфальту.
Я окинула его оценивающим взглядом. Он немного хромал при ходьбе.
— Как себя чувствуешь?
— Жить буду. Скоро снова буду собой. В конце концов, мы быстро лечимся.
Правда. И это навело меня на мысль, что он был действительно серьезно ранен, если все еще продолжал страдать от эффекта. Внутри что-то съежилось и угасло, когда я подумала о Кассиане, испытывающем боль.
Он метнул в меня взгляд, его губы расплылись в улыбке, которая, как я предположила, должна была подбодрить меня и убедить в его хорошем самочувствии.
— Не кори себя, Джасинда. — Конечно же, он чувствовал мои переживания, что лишь от одной мысли о его ранениях мне становилось дурно. — Все уже позади. Я буду в порядке, — сказал он, нежно проведя пальцем по моей щеке. Затем нахмурился, отступил назад и опустил руку. В нем молниеносно возникло чувство сожаления за это прикосновение.
Мы добрались до фургона, и он, к счастью, пошел вперед, чтобы отнести сумку на переднее сидение.
Я стояла рядом с задними дверями, рокот его слов все еще звучал в моей голове. Все было кончено. Ведь так? На самом деле? Могла ли я отпустить его и остальных с этим вопросом, этим страхом, который просачивался сквозь меня, словно вирус?
Я уперлась головой в жесткую стену фургона и шумно выдохнула. Тупая головная боль пульсировала в районе глаз. Кассиан захотел ехать прямо сейчас. Я нашла эту просьбу странной, но сейчас мне казалось, что неплохо было бы побыть немного в одиночестве без Уилла и Кассиана.
Я потерла веки большим и указательным пальцем, затем сжала их на переносице. Я делала так несколько раз, пытаясь облегчить боль.
Деган сидел напротив меня и просто рассматривал меня своими свинцовыми глазами, такими холодными, что меня бросило в дрожь. В конце концов, я не могла больше выносить это. Убрала руку от глаз и потребовала ответа:
— На что ты смотришь?
— На тебя.
Я фыркнула.
— Это понятно. Почему ты пялишься на меня?
Тамра подняла взгляд, очевидно заинтересованная в ответе.
Он едва заметно пошевелил рукой.
— Ты мне кое-кого напоминаешь.
Покачав головой, я отвела взгляд, посмотрела на пол фургона, чувствуя, как он грохочет под подошвами моей обуви. Мне не был интересен какой-то там драко, которого я ему напоминала, какой-то драко, которого он...
Мой взгляд снова переметнулся на него. Каждый нерв в моем теле натянулся, внезапно насторожился.
— Кого? — настаивала я.
Он пожал плечами.