— Куда? — опешила я.
— К отцу. Если я не могу тебя уволить, значит, уволит он.
Дочь Берговица ходила очень быстро, поэтому я догнала ее лишь в конце коридора.
— Подождите. Почему вы хотите меня уволить?
— Ты мне не нравишься, — ответила она, не сбавляя шага.
— Но мы с вами даже толком не познакомились.
Сомневаюсь, что она вообще запомнила мое имя.
— Мне достаточно знать, что тебя нанял отец.
— Вы не доверяете своему отцу?
Фелиса затормозила так резко, что я едва в нее не врезалась. Девочка обернулась, и ее глаза гневно сверкнули.
— Это он не доверяет мне! Иначе я бы сама проводила собеседование и выбирала тоже сама!
Во мне бурлил такой коктейль эмоций из волнения, возмущения, азарта, ярости, сомнений… Я уже с трудом различала, где собственные чувства, а где чужие, но в голове вдруг щелкнуло: «Договаривайся. Это уже твоя работа. А это твоя начальница».
— Что мешает вам провести собеседование? — спросила я.
Девочка растерялась: широко распахнула глаза и приоткрыла рот. Ободренная тем, что меня слушают, я добавила:
— Мы можем побеседовать прямо сейчас.
Теперь Фелиса нахмурилась и окинула меня взглядом с ног до головы, на этот раз внимательным и оценивающим. Мне оставалось лишь ждать.
— Не-а, — вынесла она вердикт.
Вот так сразу?
— Почему? — спросила спокойно, хотя внутри плеснулось раздражение.
— Я бы не наняла помощницу с таким ужасным вкусом, — припечатала она и продолжила путь.
Что?!
Я поймала собственное отражение в одной из зеркальных панелей: у него был точно такой же недоумевающий вид. Что не так с моим вкусом? Светло-серый костюм, конечно, не из последней коллекции «Гастенс», но смотрится элегантно, подчеркивая фигуру ровно настолько, насколько позволял деловой стиль. Как и темные туфли-лодочки.
Но девчонка считала иначе. Кто же знал, что вместо тренировок по контролю эмпатии нужно было заниматься шопингом? Хотя я по-прежнему не понимала, что не так с моим вкусом.
Скрипнув зубами, я ускорила шаг и наконец-то поравнялась с Фелисой.
— Мы всегда можем обсудить мой дресс-код.
— А ты умная, — хмыкнула девчонка. Почему-то из ее уст подобный комплимент звучал… не очень. — В этом я и не сомневалась: отец другую бы не нанял. Но мне и так хватает его шпионов.
Шпионов?
На этот раз зависла я и поэтому упустила возможность возразить.
Фелиса толкнула дверь, и мы разве что не вбежали в кабинет Берговица.
То, что это его кабинет, я бы могла определить даже в отсутствие самого ящера (хотя бы потому, что здесь тоже был фиолетовый водопад и стеклянные стены). Но он присутствовал: стоял у окна, сложив руки на груди, очевидно, размышляя о финансовых сводках. А может, ждал чего-нибудь. Или кого-нибудь. Один.
Майи, к моему счастью, не было видно.
— Я хочу, чтобы ты ее уволил! — рявкнула Фелиса с порога.
Берговиц даже не повернулся в нашу сторону. Только белоснежная рубашка сильнее натянулась на плечах, выдавая готовность хищника.
— Кто-то умер? — поинтересовался он вкрадчивым голосом, от которого мне захотелось выбежать отсюда.
— Нет, — опешила моя новоиспеченная начальница.
— Ранен?
— Нет.
— Пожар? Наводнение? Объявили военные действия?
Он резко обернулся, отчего девочка окончательно растеряла свой запал и шагнула назад.
— Нет, — ответил Берговиц за нее. — Тогда по какому праву ты врываешься в мой кабинет?
— Но я…
— Если ты хочешь мне о чем-то сказать, Фелиса, то выйди отсюда и зайди, как положено.
Я инстинктивно поймала чувства девочки и ощутила себя нашкодившим ребенком. Пристыженным, обиженным и оттого еще более разгневанным.
Я первой покинула кабинет, потом вылетела Фелиса, которая бросила на меня злой взгляд и тихо постучала в дверь.
— Войди.
Ее всю колотило от гнева, но нужно отдать должное — девочка смогла запереть чувства внутри себя и войти в обитель Берговица с достоинством королевы.
Ну а я… Я вошла следом и натолкнулась на испытующий взгляд ящера. Он будто говорил: «Я давал вам шанс, а вы не справились, лисс Рокуш». Под прищуром темных глаз вернулись и ступор, и жар, и дрожь в пальцах. Сердце не просто скакнуло — сделало в груди кульбит. Дар заворочался внутри, пытаясь вырваться из-под контроля, но я ухватила его в самый последний момент, удержала. И только сильнее выпрямилась.
Кто же виноват, что у него дочка такая придирчивая? Да к тому же параноик.
— Я хочу, чтобы ты уволил моего секретаря! — заявила Фелиса, остановившись в центре комнаты.