— Надя, ты где живёшь? — спросил я, решительно обрывая её монолог. Она жалобно взглянула на меня снизу вверх, но тут подъехал автобус, и моя собеседница рванула к нему опрометью. Я побежал за ней, но за время ожидания на остановке столпилось уже человек сто, и все яростно боролись за место… Надя просочилась в бушующую толпу и скрылась с глаз моих. Я тихо пристроился в хвост, не питая надежд уехать этим рейсом, но в конце концов мне нашлось местечко на нижней ступеньке, у самой двери… Я стоял, прижатый к стеклу тяжкой задницей того, кто забрался на ступеньку выше, и горько ругал себя за неуместный прилив откровенности.
ГЛАГОЛ ТРИДЦАТЫЙ. ПРОРОЧЕСТВО СУРЫ
Сура поёт:
— Тучи на небе, тучи на небе,
Печально утро и скучен день.
Но ветер серебряный набежит,
Пролетит сквозь низкие тучи,
Сонную хмарь разворошит,
Выкатит в чистые небеса
Колесо золотое солнца.
Это не солнышко в небесах,
Это Яр золотокожий,
Сияет лицо его ярче полудня,
Больно мне смотреть на внука!..
Яр поёт:
— Бабушка, бабушка, расскажи,
Зачем появился я на свет, —
На диком острове в море холодном,
Среди камней и сырого песка?
Бабушка, бабушка, расскажи,
Кем я стану среди людей,
Или достался мне в удел
Лишь дикий остров в море холодном?
Бабушка, бабушка, расскажи,
Как мне прославиться среди людей?
Не лучше ль безвестным жизнь прожить
На диком острове в море холодном?
Сура поёт:
— Не даром Суру зовут премудрой:
Знаю, что было, знаю, что будет;
Поди ко мне, пресветлый внук,
Склонись головой на грудь мою.
Вижу много светлых лет,
Вижу, как люди тебя почитают,
Вижу много женской любви,
Вижу мужей, преклонивших колена.
Но о прочем не спрашивай, Яр, —
Больше знать тебе не к чему.
Яр поёт:
— Нет, говори, говори ещё!
Всё хочу знать, что знаешь ты!
Сура поёт:
— Поди ко мне, пресветлый внук,
Склонись головою на грудь мою.
Вижу разум в острых глазах,
Слышу хитрость в сладких речах,
Чую силу твоей души:
Сможешь будущее прозревать!
Но о прочем не спрашивай, Яр, —
Больше знать тебе не к чему.
Яр поёт:
— Нет, говори, говори ещё!
Всё хочу знать, что знаешь ты!
Сура поёт:
— Поди ко мне, пресветлый внук,
Склонись головою на грудь мою.
Вижу страшный натянутый лук,
Вижу — стрелы летят дождём,
Вижу кровь на твоих руках,
Вижу — народы лежат пред тобою.
Но о прочем не спрашивай, Яр, —
Больше знать тебе не к чему.
Яр поёт:
— Нет, говори, говори ещё!
Всё хочу знать, что знаешь ты!
Сура поёт:
— Поди ко мне, пресветлый внук,
Склонись головою на грудь мою.
Вижу предательство, вижу позор,
Вижу отчаянье необоримое,
Бесплодные поиски, долгую старость,
Злую смерть, ледяное бессмертие.
На этом кончаю речи свои,
О большем я тебе не скажу.
Ягга поёт:
— Бабушка, бабушка, тебе много лет,
А ты прекрасна, как утренний луч.
Взгляни на Яггу: она молода,
Но страшнее старухи седой!..
Сура поёт:
— Твоя красота от тебя не уйдёт, —
Лишь терпения наберись:
Солнце утреннее взойдёт, —
Дева розою расцветёт.
Лишь терпения наберись,
Лишь укроти своё злое сердце,
Гнев угаси, зависть уйми,
Не подражай свирепой львице.
Мудрость жены — в её любви,
Сила жены — в её терпенье,
Право жены — в её доброте,
Помни об этом, Ягга моя!
Лук свой меткий брату отдай,
Ярость бурную львам отдай,
Зависть чёрную в море брось, —
Тогда затмишь красотою Луну!
Ягга поёт:
— Никогда, никогда
Лук не отдам!
Никогда, никогда
Не заброшу охоту!
Лук со мной —
И сила со мной!
Как проживу,
Не видя крови?
Ночью Луна встаёт в крови,
Утром Луна умывается кровью, —
Лук мой чёрный!
Стрелы кремнёвые!
Свежею кровью
Насытьте Яггу!
Много в мире
Красивых дев, —
Не желаю
Тягаться с ними!
Со мною лук,
Стрелы со мною, —
Есть ли равная
Мне на земле?
Буду ужасом
Диких чащ,
Буду хищницей
Горных пещер,
Буду безмужней
До самой смерти!
Безмужье девы —
Страшная сила.
Сила желанней
Робкой красы!