— Располагайтесь, пожалуйста, мне нужно буквально пять минут, и мы сможем побеседовать.
Владимир вышел из гостиной. А Пётр обратил наше внимание на трёхстворчатое окно с дверью:
— Лёня, ты хотел узнать про солнышко в наших унылых пещерах, так вот оно. Предлагаю пока выйти на террасу и немного осмотреться.
— Тут и терраса есть? И это страшные завровские пещеры? Куда катится мир! — притворно возмущаясь, сказал Лёнька.
Я вышел в дверь, подпихивая в спину застрявшего в проходе друга. «Терраса», на мой взгляд, слишком громкое название для небольшого, около двух метров шириной, скального карниза. Но вид открывался потрясающий! Перед нами раскинулась небольшая долина. Мне она напомнила потайной карман, так как была окружена со всех сторон горами. Получается я смотрел на неё, а за моей спиной, за каменной толщей, остался посёлок.
Я глянул вниз. И оторопел от необычной для меня, но такой гармоничной в своей естественности картины. В долине я заметил несколько завров. Двое из них неторопливо шли к горе напротив, издалека напоминая странных беседующих подружек. Остальные завры лежали на каких-то пёстрых подстилках, подставляя солнцу мохнатые бока. Ящеры различались по размерам и оттенкам цвета шерсти. Захотелось туда, к ним, рассмотреть получше, а может, и пообщаться.
— Перед вами сердце Горного, — с гордостью сказал Пётр. — Здесь, где находимся мы с вами, живут райдеры. На противоположной стороне, в комплексе пещер – завры. Жилище завров мы называем Гнездо. Согласитесь, достаточно символично.
— Получается, что все жилища Горного имеют окна на эту сторону? — резюмировал я.
— Да. Нам удалось сохранить естественный вид горы, при этом обеспечив жителей, как ты говоришь, Лёня, солнышком в их комнаты. У завров в Гнезде всё устроено иначе. Ну? Теперь вы поняли, какая вторая причина выбора этого места для проживания завров?
— Уединенность и труднодоступность для чужаков? — выдвинул идею Лёнька.
Пётр удовлетворённо кивнул. Мы ещё некоторое время постояли на террасе, ловя осенние лучи солнца и с жадным любопытством разглядывая завров. Когда мы вернулись в помещение, Владимир уже разливал чай:
— Присаживайтесь, пожалуйста. Как ваши первые впечатления?
— Прекрасно, — восторженно ответил Лёнька. — Но хотелось бы, конечно, во всё вникнуть более детально, разглядеть, пощупать.
Владимир оценивающе, с прищуром посмотрел на Лёньку, который в это время невозмутимо запихивал в рот конфету.
— А вы, похоже, человек с энтузиазмом. Думаю, наши мастерские, учебные залы и новейшее оборудование вам придутся по душе.
— А когда можно на это всё взглянуть? — сглотнув лакомство, с придыханием спросил Лёня, и я понял, что завры пока в безопасности, друг в этих мастерских застрянет надолго.
Владимир сделал паузу, потом произнёс:
— Я думаю Пётр может вас оформлять. Я даю разрешение, и Велимир меня полностью поддерживает.
В этот момент я понял, что Старший ментально пообщался со своим завром и пришёл к решению о судьбе Лёньки. Сердце зачастило, ведь это значило, что следующее решение будет обо мне. А вдруг я не понравлюсь Велимиру?
— Пётр, ты можешь показать Леониду поподробнее, как тут у нас всё устроено, а мы пока с Глебом побеседуем, — тем временем сказал Владимир.
Пётр с Лёней ушли. Проследив, как за ребятами закрылась дверь, я повернулся к Владимиру и наткнулся на его внимательный взгляд.
— Ещё чаю?
— Нет, спасибо. Мы по дороге заходили к Григорию, попили кофе.
— И как тебе показался наш колоритный хозяин «Крыльев»? Если можно, мне бы хотелось, чтобы ты, Глеб, прислушался к своей интуиции. Это важно.
Пожав плечами, я закрыл глаза и попытался проанализировать, каким мне показался Григорий. Чувствовал себя по-дурацки, поэтому сказал первое, что пришло в голову:
— Добрый, честный, вспыльчивый, но отходчивый, возможно, в ярости теряет голову, о чём потом жалеет.
Владимир задумчиво посмотрел, мелко покивал головой, потом встал и пригласил меня пройти за собой:
— Прежде чем мы поговорим, мне бы хотелось познакомить тебя с Велимиром. Ты не против?