– Не вздумай тут такое говорить, – сквозь зубы цедит он. – Меня же на хрен уволят.
– Ну ладно, тогда я пойду. – Пиппа пожимает плечами.
Куинн хватает ее за руку.
– Нет, не уходи. Ты должна дать свидетельские показания. Мне это очень нужно.
Девушка разглядывает его, склонив голову набок.
– Хорошо, – наконец выдает она.
– Тебе придется ответить и на вопросы о Ханне. Например, что случилось в день ее исчезновения и перед этим. И говорить надо правду.
– Хорошо, – повторяет Пиппа, немного хмурясь.
– Я серьезно. Всю правду. И вот еще что. – Куинн шумно сглатывает. – Укажи в качестве нынешнего места жительства адрес твоей подруги. Про меня ничего не говори.
Она не спеша наблюдает за беспокойством на лице Куинна, которое он совершенно не способен скрыть, и улыбается.
– Конечно. Ты ведь просто хотел помочь мне, верно? Ничего не было.
– Вот именно. Ничего, – быстро повторяет Гарет.
Я по видео наблюдаю из соседнего помещения за беседой Куинна с Пиппой Уокер, проходящей в комнате для допросов № 2. Ее, похоже, не волнует ни обстановка, ни духота. Куинн же явно вспотел, судя по следам на его дорогущей рубашке фирмы «Томас Пинк».
– Давайте начнем сначала, – говорит сержант. – Когда я увидел вас в квартире мистера Гардинера, вы сказали, что поругались с ним и он поставил вам синяк на запястье; все верно?
– Ну да. Но он это не специально. Не так, как вы думаете.
Куинн ерзает на стуле.
– Это все равно считается нападением, мисс Уокер.
Она качает головой:
– Как скажете.
– Вы ведь с мистером Гардинером состояли в отношениях?
Пиппа откидывается на спинку стула и закидывает одну ногу на другую.
– Да. Какое-то время.
– С тех пор, как пропала миссис Гардинер?
Его слова застали Пиппу врасплох.
– Нет. Ну, я ему, наверное, нравилась, но ничего не было.
На ее губах играет едва заметная улыбка, и Куинн отводит взгляд, начиная без надобности копаться в бумажках.
– Вы абсолютно уверены, – спрашивает он, по-прежнему не глядя на девушку, – что между вами ничего не происходило до того, как пропала Ханна?
Она непонимающе смотрит на сержанта.
– Нет. Я же сказала.
Куинн снова шуршит документами.
– В то утро Ханна первым делом позвонила вам.
– Да, только я не сразу получила сообщение. Я ведь все это уже объясняла полиции.
– А когда вы все-таки прослушали сообщение, вам ничего не показалось в нем странным? – не сдается Куинн.
Пиппа опять поводит плечами.
– Почему у Ханны такой раздраженный голос?
Девушка закатывает глаза, словно поражаясь тупости сержанта.
– Я же не пришла. Меня тошнило. Из-за этого Ханне пришлось брать Тоби с собой на интервью, а она терпеть этого не могла. Считала, так делать «непрофессионально».
– Мистер Гардинер не мог его взять?
– На велосипеде? Вот уж не думаю.
– А потом, когда вы узнали, что Ханна пропала, ничто в ее звонке не показалось странным?
Пиппа хмурится:
– Но это случилось позже. В то утро с ней ведь все было нормально, да?
Через пару мгновений Куинн собирает бумаги и выходит из кабинета. Девушка достает из сумочки мобильный.
Дверь с грохотом открывается, он заходит ко мне и швыряет пиджак на стул.
– Это что еще было?
Куинн ослабляет галстук.
– Когда уже здесь, черт возьми, будет нормальная температура?
– Куинн, я спрашиваю, что это было? Между тобой и этой девушкой.
Он кладет на стол бумаги.
– Ничего, босс. Между нами ничего нет, я клянусь. Просто мне кажется, что она не говорит всю правду. По-моему, она что-то скрывает.
– Похоже, он прав, босс. – В кабинет заглядывает Гислингхэм. – Вам обоим нужно кое-что увидеть. – Он кладет перед нами снимок. – Нашел, пытаясь понять, что связывает Ханну и Коули-роуд. Тут они с Робом на карнавале в две тысячи четырнадцатом году.
Я смотрю на фотографию. Ханна улыбается и держит камеру, прижав к себе Тоби. Роб стоит сзади и одной рукой обнимает ее, глядя куда-то поодаль. Любовь? Уж мне-то известно, что снимки умеют врать и без всякого «Фотошопа». Контроль над другим человеком часто выдают за заботу.
– Смотрите, – показывает Гислингхэм. – На заднем фоне слева.
– Девушка со светлыми волосами?
– Конечно, на ее лицо падает тень, но мне кажется, это она. Пиппа Уокер.
Куинн присвистывает.
– Черт, вполне возможно…
– А Роб Гардинер смотрит на нее.
Я разглядываю снимок, потом обращаюсь к Гислингхэму:
– Когда она познакомилась с Гардинерами, по ее словам?