Гау посматривает на бумаги, которые я держу в руке.
– Ловко вы придумали – попросить Чаллоу провести анализ дневника.
– Вы же сказали, что с ним что-то не так. Дальше интуиция подсказала.
– Поэтому вы отличный следователь. Только теперь у вас проблемка, да?
Я поворачиваюсь к Гау:
– Вам придется предоставить результаты анализов адвокату Харпера.
– Знаю. И мы все понимаем, что он с ними сделает, – скривившись, отвечаю я.
В дверь стучат.
– Готовы, сэр? – спрашивает Эверетт.
Когда Гислингхэм наконец приходит на работу, первым делом он отправляется на поиски Куинна.
– Получил доступ к ее мобильному? – спрашивает Крис, присев на краешек стола Куинна, что обычно страшно раздражает сержанта. Как говорится, кот из дому – мыши в пляс. А когда кота схватила злая собака, то мышам позволительны еще бо́льшие вольности.
Гарет качает головой:
– В мировом суде сказали именно то, что ты и предполагал. – Выглядит сержант еще хуже, чем вчера, если такое вообще возможно. – Теперь Фаули хочет, чтобы я нашел ее и предъявил обвинение в даче ложных показаний, но по адресу, который она оставила, пусто. На звонки тоже не отвечает.
– Наверное, запомнила твой номер. Давай я позвоню со своего.
Гислингхэм набирает цифры на мобильном и ждет.
– Не берет, – наконец говорит он. Даже его неутомимый оптимизм начинает понемногу иссякать. Или нет?
Куинну кто-то позвонил, и, разговаривая, он яростно жестикулирует, привлекая внимание Криса.
– Уверен? Сказала, что ее зовут Пиппа Уокер? – Пальцы Куинна сжимаются в кулак. – Вудс, ты, черт возьми, мой спаситель…
– Спасибо, что пришли еще раз, Вики, – говорю я, присаживаясь. – Сегодня со мной опять будет детектив-констебль Эверетт, если вы не против. Она поможет мне ничего не упустить.
Вики слегка улыбается и кивает. Снова теребит край джемпера.
– Начну с того, что хочу поблагодарить вас за информацию о той, другой девушке. Мы повторно обыскали дом и кое-что обнаружили. Полиэтиленовый чехол.
Она ловит мой взгляд. Губы двигаются, но слов не слышно.
– На нем кровь – пропавшей девушки, как мы полагаем. Похоже, вы были правы. Он действительно убил ее.
На мгновение Вики закрывает глаза и опускает голову.
Я смотрю на Эверетт – та едва заметно кивает мне.
– Боюсь, Вики, нашли мы не только чехол, – продолжаю я, сделав глубокий вдох. – На верхнем этаже дома три пустых комнаты. Похоже, никто не жил в них уже многие годы. На всякий случай мы решили проверить их – и в самой дальней комнатушке нашли следы необычного вещества. Его совсем мало, но стереть такое невозможно даже с помощью тщательной уборки. Современные технологии позволяют его распознать. Вы знаете, о каком веществе идет речь?
Она никак не реагирует.
– Это меконий. Отходы, которые формируются в кишечнике ребенка, пока он находится в утробе матери. Его ни с чем не спутаешь, и он присутствует в организме в течение лишь нескольких часов после рождения. Значит, в той комнатушке был ребенок. Более того, он там родился. Другого объяснения нет.
Вики поднимает голову и бросает на меня дерзкий взгляд.
– Почему вы нам не сказали?
– Поскольку знала, что вы начнете меня обвинять. Именно это вы сейчас и делаете.
– Обвинять в чем, Вики?
– В том, что я не сбежала, не вырвалась оттуда.
– Так почему? Почему вы не сбежали?
– Послушайте, он выпустил меня, только когда отошли воды. И ни на секунду не оставлял одну. Я никак не могла улизнуть. Никак.
– Сколько времени вы провели наверху? – спрашивает Эверетт, оторвавшись от записей. – Приблизительно.
Вики пожимает плечами:
– Пару часов ночью. Снаружи было темно. Так что же, вы меня в чем-то обвиняете? Этот ублюдок насиловал меня, делал со мной отвратительные вещи…
– Мы в курсе, Вики, – тихо перебиваю я.
– Тогда почему вы разговариваете со мной как с преступницей?
– Вики, я понимаю – да мы все понимаем, – что вы просто пытались выжить. На мой взгляд, нет ничего постыдного в том, что вы пошли на некий компромисс с похитившим вас человеком…
– Я и не стыжусь, – заявляет она, глядя прямо на меня и положив руки на стол, – потому что не соглашалась ни на какой компромисс с этим противным, старым извращенцем. Вам это ясно? – Ее щеки пугающе краснеют.
– Хорошо. – Я копаюсь в бумагах и меняю тему. – Вчера вы сказали, что доктор Харпер приносил вам еду в консервных банках, все верно?
Она закатывает глаза:
– Опять всё с самого начала?
Уилкокс бросает на меня взгляд, который как бы говорит: «Что за игру вы затеяли? Не видите, как она разволновалась?»