«Ладно, здесь вроде пока спокойно, — подумал Лавр, оглядевшись. — Если быстро все разузнаю, то почти не рискую».
Он спрятался за сваленные в кучу мешки. Усевшись на холодную землю, поерзал, подобрав под себя ноги, и коснулся спиной шершавой стены какого-то дома. Закрыл глаза. Крики магов, горящих в ведьмовском огне, оглушали, но Лавр старался сосредоточиться на себе. Его тело было тяжелым, а земля под ним — холодной. Воздух, пропитанный гарью, щекотал ноздри, и Лавр чихнул. А после чужие голоса стали звучать глуше и тише, и вскоре Лавр почувствовал легкость.
Открыв глаза, Лавр увидел золотистые потоки вокруг себя, а после, обернувшись, и собственное тело.
«Нужно действовать быстро».
Лавр понимал, что лучший способ обнаружить волшебника — подняться как можно выше над портом. Так у него будет лучше обзор, и он сможет заметить магию волшебника, если тот действительно находился поблизости. Но парящий в воздухе силуэт не удастся скрыть. И тогда если не сам волшебник, то ведьмак, обнаружит его тело и тогда все пропало.
Но делать было нечего.
Павла долго не протянет, а малыш Шалфей находился в руках ведьмака.
Лавр решился. Он взлетел вверх, не чувствуя никакого притяжения к земле. И посмотрел на порт с высоты птичьего полета. Зеленый свет от темного волшебства не был страшен его душе. Колдун смог посмотреть на чужую магию без страха и сразу же заметил то, ради чего и совершил столь опасный для себя поступок. Золотистый сгусток магии, от которого вверх тянулась яркая струйка, находился рядом с кассами. Именно там и прятался волшебник.
«Попался!»
Лавр начал снижаться, но в какой-то момент движение со стороны пирсов привлекло его внимание, и он завис в воздухе. Корабль из темно-красного дерева отчаливал от пирса, собираясь покинуть порт.
«Быть не может…»
Лавр знал, что это был корабль, на котором он собирался покинуть восточные земли континента.
✦✦✦
Лавр выдохнул облачко полупрозрачного пара, фокусируя размытый взгляд на собственных ногах. Все его тело била мелкая дрожь. Лавр слишком замерз, у него не было сил даже подняться, не говоря уже о том, чтобы куда-то бежать. И все же в голове ютилась ядовитая мысль:
«Корабль отплывает!»
Как и предупреждал его кассир, капитан корабля не любил придерживаться расписания. Но вот что странно, думал Лавр, даже если капитан решил отплыть именно сейчас, как же он не стал жертвой темного волшебства? Неужели не смотрел на небо? Если так, то как он тогда рулил штурвалом? А что насчет его команды?
«Нужно покончить с этим как можно быстрее», — подумал Лавр.
И услышал в нескольких шагах от себя звонкий хруст.
В его груди холодной вспышкой загорелся страх. Лавр поднялся на ноги так быстро, что у него закружилась голова. В ушах загудел шум прибоя, и мир перед глазами вновь начал расплываться. Если бы не нежное, но твердое прикосновение к его локтю, поддержавшее его от падения, Лавр бы снова оказался на промерзлой земле.
— Не бойся, Лавр, — сказали ему, — это всего лишь я.
Мавра говорила тихо, почти шепотом. Но звук ее голоса успокоил душу колдуна, и в его груди на место страха пришла надежда. Они с Павлой больше не были одни.
— Павла!.. — начал Лавр.
Но ведьма накрыла его рот своей ладонью, заглушая слова, которые колдун собирался произнести.
— Магда уже помогает Павле, вдвоем они со всем справятся. Расскажи мне, что происходит, чтобы я могла помочь и тебе.
Лавр рассказал все, чего Мавра, как ему казалось, могла не знать. И о волшебнике, и о ведьмаке, державшего малыша Шалфея в заложниках. Рассказал он и о корабле, который отходил из порта.
— Мне нужно на него попасть, — сказал Лавр, разжимая пальцы ведьмы и освобождаясь от ее руки. — Это мой единственный путь отсюда.
Мавра с пониманием кивнула.
— Значит, волшебник прячется у касс.
— Да. Где-то там.
— Хорошо. Давай освободим эти несчастные души от воздействия темной магии.
Мавра была готова помочь всякому, кто в ее помощи нуждался. Этому ее учила Великая Матерь. О помощи ее не нужно было просить. И, разумеется, ведьма считала любое принуждение недопустимым явлением. Поэтому гнев в ее душе был настоящим, а не притворным. И даже не будь она знакома с Лавром, желание освободить горожан от темной магии все равно зародилось бы в ней, как что-то совершенно естественное.
— Поспешим, — сказала Мавра.
И ловким движением вскинула вперед руку, прокричав: «Грань!».
По другую сторону защитного барьера стоял ведьмак.
Мужчина недовольно цокнул языком. По всей видимости, он все-таки заметил парившего по воздуху Лавра и с легкостью определил, где должно было находиться его тело. Вот только он опоздал — Мавра нашла Лавра первым.
— Отпусти ребенка, брат мой, — сказала ведьма, переместив взгляд с лица ведьмака на мальчика в его руках. — Великая Матерь учит нас…
— Умолкни. — Ведьмак заткнул Мавру, не собираясь слушать ее нравоучения. — Иди своим путем и останешься цела.
— Угрожаешь мне? — Мавра усмехнулась. — Ты большой, но в этом твое единственное достоинство.
— Не недооценивай меня, — проговорил мужчина сквозь зубы.
Неужели слова Мавры могли задеть его?
— Врага нельзя недооценивать. Поступи я так, это означало бы, что я не уважаю саму себя.
А дальше все было как в тумане. Буквально.
Лавр не успел понять, когда Мавра успела достать пузырек с зельем и разбить его о промерзшую землю. Проулок начал заволакивать густой, непроглядный туман сиреневого цвета.
— Лавр!.. — Мавра схватила колдуна за руку и притянула к себе. — Действуем быстро. Хватай малыша Шалфея и беги на корабль, пока тот не отплыл. Остальное оставь на нас.
— Но как же!..
— Молчи!.. Молчи и делай, как я говорю, если хочешь покинуть порт.
Если бы ведьмак знал, что такое вежливость, то обязательно бы дал им договорить. Но мужчина был не в настроении. Мавра только и успела оттолкнуть от себя Лавра, когда сквозь созданный ею туман к ней протянулись чужие руки. Ведьмак сбил с ее головы шляпу, и проулок заполнил звук разбитого стекла — хранившиеся в шляпе зелья разбились. Но Мавра не испугалась внезапной атаки. Она схватила мужчину за запястья.
— Лавр, не спи!.. — крикнула Мавра, словно не обратив внимания на свои потери. — Давай же.
Раз она держала ведьмака за обе руки, значит, он отпустил малыша Шалфея.
Лавр оттолкнулся от стены и побежал в самую гущу тумана.
Ему хотелось позвать Шалфея по имени, но позади него ведьмак и Мавра сцепились в ожесточенной битве, и Лавр не хотел привлекать к себе внимание ведьмака. Пусть он и не был согласен с решением Мавры, Лавр все же понимал, что без чужой помощи ему не выбраться из порта. И как бы ему не хотелось бросать сестер разбираться с волшебником и ведьмаком, для собственного спасения и спасения малыша Шалфея он должен был это сделать.
— П-профессор?.. — донесся снизу тихий голос.
У Лавра сжалось сердце. Он опустился к земле и, отогнав от себя сиреневатый туман, разглядел очертания детского силуэта. Подхватив малыша Шалфея на руки, Лавр прижал ученика к груди и бросился бежать из проулка. Лишь на короткий миг он почувствовал на своей спине недобрый взгляд, но наваждение прошло так же быстро, как и появилось — Мавра не позволила ведьмаку преследовать их.
Лавр никогда не задумывался, каким сильным может быть желание поднять голову и посмотреть на небо. Невероятным усилием воли он бежал, смотря под свои ноги, пока не услышал окликнувший его голос. Обернувшись, Лавр увидел Магду и Павлу. Обе выглядели не лучшим образом. Сестры тяжело дышали, часть их одежды висела на ведьмах неприглядными кусками. Они сражались с магами все это время, но силы их были на исходе.
— Беги!.. — крикнула Магда, махнув рукой. Словно давая Лавру знак. — Мы тут и сами справимся!..