Яр рвано выдохнул, словно усмехнувшись его словам.
— Я говорю о том, что помню. Пусть те дни почти стерлись из моей памяти, но я помню, как мы с профессором подглядывали за вами, когда ты с госпожой Марией целовался в беседке, в саду с гортензиями. Тогда шел сильный дождь, и…
— Вы подглядывали за нами?..
Яр наконец-то обернулся к Лавру. Его озадаченное выражение лица насмешило колдуна и он, нисколько не стыдясь того момента из своего прошлого, заулыбался, продолжая:
— Это случайно вышло, так получилось. Но я до сих пор четко помню вас двоих в той беседке. Вы не могли друг другом насытится.
— Это звучит уже пошло.
Яр покачал головой, не веря, что их разговор дошел до такого.
— Но так и было. Будто весь мир ничего для вас не значил, и были только вы двое. Госпожа Мария была счастлива получить твою любовь после предательства Тмина. Я в этом уверен. Возможно, ее любовь к Тмину и вовсе была не более чем притяжением между сужеными, а с тобой… было по-настоящему. Поэтому, не вини себя за то, что тебя тянет к госпоже Циаре. Госпожа Мария тебя бы поняла.
Губы у Яра дернулись в кривой улыбке.
Лавру было жаль, что поговорить по душам они могли только теперь, когда он повзрослел. Сколько лет Яр хранил в себе терзавшие его душу чувства? О Марии ему даже не с кем было поговорить. Никто не знал о ней того, что знал Яр. Для магов, что слышали о ведьме Алых озер, Мария была лишь преступницей, безликой женщиной, совершившей преступление против Министерства. Она не была для них жертвой преступления Тмина. Не была магом с выжженной Пустоши. Для них она не была даже чьей-то возлюбленной.
Лишь темный маг, которого до сих пор разыскивали по всему континенту, хотя ее прах лежал в земле неподалеку от Министерства, под кустом гортензии с синими, как небеса, цветами.
Столь любимым ей цветом.
Глава 32
Утром от непогоды, что властвовала в этих землях несколько дней, не осталось и следа. Высокое голубое небо озарялось ярко-желтым солнцем. Его лучи прогревали белоснежный лес. Лавр вышел из хижины и вдохнул полной грудью свежий морозный воздух. От холода приятно покалывало щеки. До сестринской общины осталось идти от силы дня два — ничтожный срок в сравнении с тем путем, который они уже прошли. И от осознания этого колдун испытывал прилив сил и радости.
— Профессор, господин Яр зовет Вас завтракать! — крикнул малыш Шалфей, усаживаясь за стол. — Идите быфтрее, или фсе офтынет!..
До ушей Лавра донесся голос Яра, тихий, но поучительный. Чародей наставлял мальчика не говорить с набитым ртом.
Именно о таком Лавр когда-то и грезил. Пуститься в путешествие, подальше от стен и магов Министерства. Бродить вместе с Яром по континенту, открывать что-то новое и ничего не бояться. Жизнь, полная приключений. Пусть когда-то он и мечтал разве что сидеть, забившись в угол, с тяжеленой книжкой, чтобы никто его не беспокоил.
С годами мировоззрение меняется.
Лавр уже собирался зайти внутрь и присоединиться к завтраку, как его взгляд зацепился за мелькнувшее между стройными хвойными стволами рыжее пятно. На секунду сердце в груди колдуна замерло, а после забилось быстрее. От страха. Лавр отступил назад, обратно к хижине. И тут же понял, когда страх отступил, уступая место здравому смыслу, что именно его напугало.
«И как я мог об этом забыть?..»
Лавр вглядывался в деревья, пытаясь выцепить взглядом лесного жителя. Но тот, словно чуя заинтересованность колдуна, продолжал прятаться.
Позади скрипнула старая половица.
— Кажется, к нам пришли гости, — произнес вышедший наружу Яр.
В его руках было несколько кусочков мяса. Чародей бросил их подальше от хижины и стал ждать. Вскоре, неуверенно ступая по снегу, из-за елок вышла лисица. За ней еще одна, и еще. Животные принюхивались не то к угощению, не то к магам. Их блестящая шерстка искрилась под лучами зимнего солнца.
— Лисы!.. — воскликнул малыш Шалфей.
И сразу же накрыл рот ладошкой. От звука его голоса животные вздернули ушами и скрылись обратно за елями.
— Ой… я не хотел, — произнес мальчик виновато.
— Ничего, — успокоил его Яр. — Они сейчас вернутся.
И в самом деле. Не прошло и минуты, как лисы вернулись. Они с опаской поглядывали на магов, но чувство голода было сильнее.
— Ты знаешь, что лисы в этих местах отличаются от других?
Лавр задумался над ответом.
— Из-за того, что живут стаями?
Яр кивнул.
— Принято считать, что лисы — одиночные животные. В лучшем случае, они живут парами, но никак не стаями. А в этом лесу стаи — повсеместное явление.
«Поэтому он и называется лесом лисьи стай».
— Думаешь, они из ее стаи?
Яр пожал плечами.
Лисы схватили по кусочку мяса и убежали обратно в лес.
— Возможно. Значит, Мелисса рассказала тебе о том, как встретила Марию?
— Да. Госпожа Мария спасла ее от охотников.
— Спасла… Это не совсем так. Ведь лисица, которую поймали в капкан, в итоге умерла.
— Чтобы стать фамильяром, — не согласился Лавр. — Думаю, профессор была счастлива быть с госпожой Марией до самого конца.
✦✦✦
Прошло два дня. За это время погода больше не портилась и оставшийся до сестринской общины путь маги дошли спокойно и размеренно.
— Не так я представлял себе это место, — произнес Лавр, задирая вверх голову. — И как мы туда попадем?
Сестринская община находилась на вершине заснеженной скалы.
— Вот бы сейчас метлу в руки, — протянул малыш Шалфей, как и его учитель, смотря на возвышавшуюся над ними скалу. — За минуту бы добрались.
— Да, метла была бы кстати.
— В скале высечена лестница, — сказал Яр, указывая рукой на еле заметную прорезь. — Идти долго, но этот путь единственный.
— Зачем такие сложности? — спросил Лавр.
— Сестры так защищают свою общину.
— От кого?
Яр не ответил.
Может, не знал. А может, наоборот, знал, но не хотел говорить.
— Я не дойду. — Малыш Шалфей уже был готов сдаться. — Как хотите, профессор, господин Яр, но я туда не поднимусь.
Мальчик указал на свои ноги — они были слишком короткими для такого высокого и крутого подъема.
— Говорят, — начал чародей, — что те, кто способен преодолеть сложный путь, в конце этого пути найдут то, что ищут.
— И кто так говорит? — Лавр нахмурился, он такого никогда не слышал. — Ты это сейчас выдумал.
Яр покачал головой.
— Так говорил мой учитель. И на моей памяти он ни разу не ошибся.
Поднимались они долго. Настолько долго, что уже было не сосчитать, сколько ступеней осталось позади. Лавр и не хотел этого знать. Даже оборачиваться было страшно, не то что думать, сколько еще времени они будут подниматься. Дышать становилось труднее, воздуха для полноценного вдоха все время не хватало.
Лавр посмотрел на шедшего рядом с ним малыша Шалфея.
Мальчик шагал, плотно стиснув рот. Видимо, чтобы не заплакать. Его ноздри забавно раздувались, по вискам стекал пот.
— Яр, давай передохнем.
Чародей остановился. Обернулся и посмотрел на колдунов так, будто впервые их видел.
«Да он о нас просто забыл!» — догадался Лавр.
Яр путешествовал один так долго, что попросту не привык думать о ком-то, кроме себя.
— Простите, вы оба. Давайте отдохнем. — Он взглянул на малыша Шалфея. — В следующий раз говори сразу же, как устанешь, что тебе нужен отдых. В этом нет ничего зазорного.
Мальчик кивнул.
И тут же опустился на каменную ступень. Вытянул ноги и потянулся.
— Мы не дойдем, — изрек он. — Это просто невозможно!
— Подумай о том, что Сестры проделывают этот путь каждый раз спускаясь вниз и поднимаясь обратно в общину. В сравнении с ними…
— Это ужасно! Я научу Сестер заговаривать метлы и им больше никогда не придется испытывать такие мучения!
Малыш Шалфей был серьезен в своем намерении. И ни Лавр, ни Яр не собирались его отговаривать. Во всяком случае до тех пор, пока мальчик и в самом деле не решит поделиться с Сестрами своими знаниями. Ведь кто знает, как они отреагируют на неизвестные никому учения?