Слева донеслось новое рычание. Ульдиссиан едва успел метнуться в сторону, как вторая кошка сделала выпад.
Оба хищника немедленно развернулись. Ульдиссиан попытался сформировать шар огня, но ничего не получилось. Он был вынужден броситься в странные заросли, чтобы избежать острых когтей и клыков.
Но как только он стал продираться через кусты, огромный бронированный зверь с двумя рогами на рыле чуть не сбил его сзади. По инерции зверь побежал дальше на кошек, которые отпрыгнули прочь с дороги.
И когда крупный зверь замедлился, Ульдиссиан уставился на него. То, что зверь мерцал точно так же, как кошки, удивило Ульдиссиана не так сильно, как то, что он был точно такой же странной расцветки. Как он, так и кошки были золотистыми с пунктирными оранжевыми линиями по краям и одинаковыми красными отметинами в форме листьев по бокам туловищ.
Но пришлось прекратить наблюдение, когда первая кошка снова прыгнула на него. Не в силах уклониться на этот раз, Ульдиссиан приготовился к столкновению.
Кошка оказалась на удивление лёгкой, но всё равно, когда она наскочила на него, они повалились на землю. Зубы клацали в каких-нибудь дюймах от его лица. Ульдиссиан, выросший среди стольких разных животных, обнаружил, что его беспокоит кое-что ещё.
Кошка не дышала. Ни малейшего выдыхания не наблюдалось, не говоря уже о зловонии, какого можно было ожидать от животного, тем более хищника.
Когти скребли ему грудь. Ульдиссиан охнул от боли. Что-то вырвалось у него из ран — странные ленты, походившие на тканевую имитацию крови.
И, уже отбрасывая кошку, Ульдиссиан сообразил, где находится. Его страхи оправдались, когда он огляделся и увидел лишь те же самые странные листья и деревья. Неба не было. Оно здесь не присутствовало в принципе.
Он попал в гобелен.
У Ульдиссиана не было времени гадать, как это произошло, потому что вторая кошка и рогатый зверь накинулись на него. Зная о неестественной лёгкости своих нечеловеческих врагов, он с силой пнул когтистую кошку, после чего прыгнул на бронированного зверя.
Его накрыла тень. Царапнув щёку, мимо пролетел хищник с отметинами, как у других существ. Он был почти такой же крупный, как кошки. Когда он развернулся, чтобы снова напасть, Ульдиссиан чуть не заскочил в пасть к одной из зловещих речных рептилий, каких он и его друзья встретили, когда только вступили в джунгли. Рот, полный зубов, хотел ухватить его ногу, и хотя человек подозревал, что у существа нет настоящего пищевода, он не собирался проверять. Ульдиссиан умудрился откатиться как раз за пределы досягаемости хватающих челюстей.
Новые крики животных ударили по ушам. Отовсюду его окружали звери с гобелена. Помимо тех, с которыми Ульдиссиан уже имел дело, он увидал длинных, злобных змей, свирепых приматов размером с человека и антилоп со спиралевидными рогами.
Он увидел ещё кое-что. Его единственную надежду. Он побежал со всех ног, миновал шипящую змею и пнул очередную рептилию.
Вот! Они были прямо такими, как он помнил их. Длинные золотистые копья. Ульдиссиан едва успел схватить одно, как очередная хищная птица слетела на него. Он наградил существо выпадом копья, нанизав на него птицу в полёте. Та издала пронзительный визг и умерла.
Сняв тело с копья, Ульдиссиан развернулся, чтобы встретить лицом к лицу следующее ближайшее животное. Кошка, которая собиралась напасть, внезапно попятилась, отплёвываясь. Правда, бронированный зверь позади неё даже не замедлился. Неустрашённый копьём, он попытался растоптать человека.
Но Ульдиссиан использовал копьё как шест, чтобы запрыгнуть на существо. Когда оно подняло свою голову к нему, он погрузил оружие в незащищённую голову.
Храпя, чудище камнем рухнуло на землю. Но в процессе падения оно выбило копьё из рук Ульдиссиана.
У того не было другого выбора, кроме как ринуться за вторым, которое всё ещё висело под углом, под которым он его оставил.
Толстая ладонь схватила его руку за миг до того, как сын Диомеда достиг своей цели. Его взору предстало волосатое лицо — пародия на человеческое.
Огромный примат оплёл свои огромные конечности вокруг Ульдиссиана и сдавил. Ульдиссиан стал задыхаться.
«Это всё не настоящее! — убеждал себя Ульдиссиан. — Я не пойман в гобелене!»
Но как он мог быть в этом уверен? Всё вокруг него подтверждало, что всё-таки пойман.
Но как бы то ни было, Ульдиссиан был уверен, что его силы должны оставаться с ним. Не было никакой мыслимой причины, по которой от них было так мало проку.