Анжела выступала и перед коммунистами, и перед участниками движения «Народное действие», но потом примкнула к левой группировке ПКБР, которая в 1967 году откололась (вслед за Карлосом Маригелой) от Бразильской коммунистической партии. Год-другой эта группировка не решалась начинать вооруженную борьбу. Однако к тому времени, когда к ней примкнула Анжела, она стала самой левой из всех студенческих организаций в Бразилии. Их кумиром был Че Гевара.
У ПКБР были и военная, и политическая секция. Решения принимала не Анжела, поэтому ее включили в политическую секцию. Члепы военной секции с огромным риском захватывали оружие, грабили банки и угоняли автомобили.
В декабре 1969 года, когда военная секция ПКБР совершала очередное ограбление банка, один из ее членов был схвачен. Поскольку во время ограбления был убит полицейский, арестованного налетчика стали долго и жестоко пытать. Спецслужбам очень повезло, что они схватили именно этого человека. Будучи начальником сектора материально-технического снабжения, он знал всю структуру командования, а также все адреса и явки членов группы. Но Анжелы он все же не знал. Кроме того, ее фотография никогда не появлялась в газетах. Вот почему именно ей было поручено подыскать конспиративные квартиры для скрывавшихся от полиции членов ПКБР, а также для союзнической группировки под названием «МР-26».
Анжела услышала от кого-то, что в районе Копакабаны (знаменитого пляжа в Рио, протянувшегося на пять километров вдоль океана узкой полосой белоснежного песка) сдается квартира. Когда-то, много лет назад, Копакабана была фешенебельным районом. Сейчас же расположенные здесь многоквартирные дома и некогда шикарные магазины несколько пообветшали и поблекли, но все равно это был по-прежнему самый оживленный район города.
Кто-то заранее предупредил полицию о квартире, которую придет смотреть Анжела. Вот почему, когда в 10 часов вечера она начала подниматься по лестнице в сопровождении черного великана (это был Марко Антонио, ее товарищ), за дверью ее уже поджидали полицейские. Даже в Рио (а этот город славился отсутствием расовой дискриминации) эта пара выглядела довольно экзотично: хрупкая и белокожая Анжела и ее черный спутник с мощным телосложением.
Когда они дошли до лестничной клетки, неожиданно погас свет. Ничего необычного в этом не было, так как постоянные аварии в системе энергоснабжения стали объектом шуток жителей Рио еще с тех пор, когда было изобретено электричество. Весь район мгновенно погрузился в темноту. Сидевшие в засаде полицейские, видимо, подумали, что свет отключен специально. Они выскочили из квартиры и стали стрелять. Марко Антонио открыл ответный огонь и ранил двух полицейских, но через мгновение пуля угодила ему прямо в голову. Еще одна пуля вонзилась в тело Анжелы — и та потеряла сознание.
Когда она пришла в себя (а это, по всей видимости, произошло уже через несколько секунд), на лестничной клетке все еще было темно. Полицейские куда то уехали (возможно, перевязывать раны), и Анжела оказалась теперь одна. Рядом лежало неподвижное тело Марко Антонио.
Но это было лишь прелюдией к целой цепи ужасных событий, которые могут присниться разве только в кошмарном сне.
Марко Антонио еще дышал, но, когда Анжела попыталась было поднять его, массивное тело тут же выскользнуло у нее из рук. Инстинкт подсказал ей, что надо где-то спрятаться. Анжела стала стучать (сначала тихо, а потом все громче и громче) то в одну, то в другую дверь на той же лестничной клетке. Все, конечно, слышали выстрелы, но открыть дверь не захотел никто. Тогда она взбежала на этаж выше. Неожиданно вновь загорелся свет. «Может, просто выйти из этого дома и попробовать скрыться», — подумала она. Судя по гудению в шахте, лифт тоже заработал. Она нажала на кнопку и стала ждать. Кабина поравнялась с ее этажом, открылась дверь, и (о ужас!) из лифта вышло двое полицейских. Анжела еще сильней прижала носовой платок к ране, пытаясь остановить кровотечение.
— Что там за шум? — небрежно спросила она.
— Идите домой, — приказал один из полицейских. — Вернитесь в квартиру.
— Не могу, — ответила Анжела. — Мне нужно выйти позвонить.
Это звучало довольно убедительно, даже из уст человека, жившего в таком фешенебельном доме. Дело в том, что в то время в Бразилии приходилось платить немалые деньги за установку телефона (иногда тысячу и более долларов). И даже при таких непомерно высоких ценах многие подолгу дожидались своей очереди.