-Вон там. – Бросил Хван, указав направление. Зазвонивший телефон, не дал мне отдать команду.
-Слушаю. – Рявкнул я, ответив на вызов.
- Твоя женушка у нас. – Проговорил кто-то, еле ворочая языком. – Если хочешь вернуть ее целой и невредимой, плати.
-Он за меня и копейки не заплатит. – Раздался такой родной до боли знакомый голос. Вот и накаркал! У них моя Софи, моя малышка. Главное не сорваться! А маленькая будто специально злила их, продолжая: «И так отчим наверняка из него много вытряс».
-Молчи дрянь, когда я разговариваю. – Проговорил кто-то, после звонкого удара, который ударил меня не хуже, чем наказание отца в детстве, которое было в разы жестче. Он ударил мою малышку! Разорву падлу! Голыми руками, разорву.
-Пф, он наверняка отвалил за меня кучу денег, но я ему совершенно безразлична. Я просто игрушка для него. – Ее слова больно резанули. Вот зачем она их только нервирует? Я застыл, не мог сдвинуться с места, слыша ее голос.
-Молчи потоскушка. – Раздался еще один звонкий удар. Я же со всей дури кинул телефон, который тут же разлетелся в разные стороны, после встречи с асфальтом.
-Где? – Прорычал я, понимая, что они разбудили во мне зверя. Они посмели тронуть то, что принадлежит мне, и я буду убивать! Наш разговор будет очень коротким.
-Там. – Немного удивившись перемене моего настроения, а вернее проявлению моих эмоций, которые я обычно прекрасно скрывал, произнес Хван.
Кинувшись в указанную сторону, снес показавшуюся мне такой хлипкой дверь. Завис от открывшейся передо мной картины. Девушка сидела на грязном полу. Ее комбинезон был разорван, а щека горела огнем. Один из мужчин держал связанную девушку за волосы, второй же пытался расстегнуть штаны. Озверев окончательно, молниеносно ударил ближайшего в спину, затем перерезал глотку второму. Мне было плевать на последствия, но они сегодня все умрут.
-Мэй. – Испуганно прошептала Софи, смотря на меня расширенными от ужаса глазами. Ее губа была разбита, волосы спутаны и она выглядела кошмарно. Прости малышка, я не хотел, что бы ты меня когда-нибудь увидела таким, но я себя и так еле сдерживаю и только кровь, их кровь успокоит меня.
-Теперь все будет хорошо, малышка. – Выдавил я из себя, когда Хван отобрал у меня последнего из присутствующих, сказав, что ему нужен живой язык, ведь он не умеет разговаривать с мертвецами.
«Потом избавишься от него!» – Бросил ему, разрезав веревки, что стягивали хрупкие руки девушки. Я ожидал, что она испугано отпрянет от меня, или закатит истерику, но девушка в очередной раз удивила, бросившись мне на шею.
-Мэй. – Вновь прошептала она чуть слышно, прижавшись ко мне.
- Все хорошо малышка. – Постарался успокоить ее, поднимая на руки. Игнорируя тот факт, что она вновь сократила мое имя. Вот зачем она так делает? Для меня это ее короткое «Мээй» действует, как валерьянка на кота. Я повторял, что все будет хорошо, уже не понимая, кого я пытаюсь больше успокоить: себя или ее? Я испугался, что могу не успеть. Могу ее потерять. Если отобрать девушку у мужа или ее отчима я могу, то со смертью мне не справиться.
-Кажется, кто-то хочет лишиться глаз. – Рявкнул я на них, заметив взгляды присутствующих, что были направлены на мою малышку. Отбросив свою трость, подхватил малышку на руки и унес ее подальше от этого ужаса. Не отпуская ее, с трудом уселся в машину.
-Домой, да побыстрее. – Приказал я, старался успокоить ее и себя, прижимая девушку. Титанических усилий стоило мне не наброситься на нее, покрыть ее израненное тело поцелуями. В доме, сразу отнес ее в ванную. Усадив, включил теплую воду.
-Думаю, дальше справишься сама. – Произнес, вставая. Я был в полном непонимании происходящего и в голове не мог сложить полную картинку случившегося. Там должна была быть моя жена – так? Да. Но я нашел там Софи – Верно? Ага. О ней никто не знал? – Однозначно! Значит - она моя жена!
Вот чем только черт не шутит. Она моя жена! Даже не знаю радоваться ли этому. До сих пор помню, с какой ненавистью она говорила о замужестве. Она наверняка возненавидит меня, если узнает всю правду. Ну, да, кому приятно быть разменной монетой! И что мне теперь с ней делать? Я хочу ее, да дрожи хочу ей обладать. Скрывать правду не в моих принципах, но и говорить ей ее не хочу. И как быть?
-Мне страшно. – Шепнула она, вцепившись в мой пиджак. – Не оставляй меня!
В ее голосе звучали просительные нотки. Взъерошив волосы, понял, что не могу ни на что решиться. Поговорить нам все же стоит, только не сейчас. Повернувшись, встретился со смущенным взглядом девушки.
-Останусь. – Выдохнул я, вновь усевшись на бортик ванны. Не сходиться у меня в голове. Она говорила об отчиме, Сальников же говорил о любимой дочери. Как так? Его «дочь» и не его вовсе – она падчерица. И я его уничтожу! Все же он меня обманул, что ж я ему это и припомню, не стоило ему так со мной поступать. Он у меня поплатится и за обман и за то, что Софи плакала по его вине.