-У тебя кровь. – Тихо произнесла я.
-Где? – Спросил он, а я доверчиво подошла, мужчина же воспользовался этим, поймав меня в свои объятья, уткнулся мне в макушку. Именно в этот момент открылась дверь, и в нее зашел Хван, вот только его здесь не хватало!
- И что здесь происходит? – Произнес он зло, недовольно уставившись на нас. А я и не знала, что он может быть таким злым, уже привыкла за последнее время, что этот мужчина всегда весел и отпускает вечно свои шуточки. Нда, представляю, что он о нас подумал. Мне стало противно от самой себя, ведь я так и стояла в объятьях мужчины, что и не думал меня отпускать.
***
Девушка, злилась на мужчину, которого считала чуть ли не другом, ведь он был одним из любимых учеников отца, часто приходя в их дом. Сейчас же он бил по открытым ранам, которые еще кровоточили. Вся ее злость пропала, стоило ему сказать, что она «одна из многих» для мужчины, которого она любит, да и еще этот порез у него на щеке, что оставил один из осколков стакана, который она так бездумно кинула.
Мужчина злился, нет, он был в ярости. Она была еще крохой, когда он увидел ее впервые. Шли года, а он все больше привязывался к ней. Когда девушке исполнилось четырнадцать, ему нужно было уезжать на стажировку. Тогда-то он и решился поговорить с ее отцом. Профессор посмеялся над ним, но разрешил по его возвращению ухаживать за его принцессой. Два года он не видел ее! Два чертовых года он учился как проклятый! И что в итоге? Профессор погиб. Его милая замужем! Как же так? А как же он? Ему все же удалось поймать ее, обняв, он с упоением уткнулся в ее макушку, вдыхая столь родной аромат.
Открывшаяся дверь заставила двоих отвлечься. Девушка смахнула слезу, безразлично уставилась на вошедшего. Мужчина же, с трудом совладав с яростью, что полыхала в нем, с вызовом уставился на вошедшего, крепче притянув к себе девушку.
Хван, что заглянул в палату к Софии, а это были именно они, удивленно уставился на хирурга Слизнякова, не ожидая увидеть его здесь. Он с ненавистью смотрел на врача, сжав одной рукой косяк на который опирался, другой же впился в дверную ручку.
Глава № 27.
Мэй Тэ
-Хен. – Раздалось от двери, выдергивая меня из полудрему.
-Шу. – Поприветствовал его кивком головы. Я нахмурился, ведь так он обращался ко мне только в исключительных случаях, предпочитая не акцентировать внимание на наше родство.
-Как ты?
-Жить буду. – Горько усмехнувшись, ответил ему.
-В этом я не сомневаюсь.
-Тогда зачем спрашиваешь?
-Хен. – Укоризненно произнес он. Я тяжело вздохнул, прекрасно понимая, о чем он, уж очень проницательным он.
-Что так заметно? – Спросил у него.
-Посторонние вряд ли заметят. – Попытался успокоить он меня, но от этого было не легче.
-Отец?
-От него лучше скрывать.
-Значит, будем скрывать. – Обозначил свою позицию я. – Давай приступим к делам, наверняка их накопилось много.
-Не думаю, что стоит... – Нахмурился он.
-Еще как стоит. – Перебил я его.
-Как скажешь, Мэй Тэ - сонбэним. – Произнес он, высказывая крайнюю степень недовольства.
*
Потянулись мучительные будни в клинике. После операции я чувствовал себя не лучшим образом, но потихоньку восстанавливался. Узнать, кто пытался меня убить, так и не удалось. Это раздражало меня, хоть и не сильно. Я привык к постоянным покушениям на свою жизнь, и это не особо волновало меня. Но тот факт, что кто-то смог подобраться к моей машине покоробил меня.
Наши дела с Сальниковым вроде шли гладко, хотя между нами и висело напряжение. Мне еще надо решить, как наказать его за обман и своеволие, что он позволил себе по отношению к моей жены. Если на первый его проступок я еще могу закрыть глаз, то унижение Софи, я ему прощать не собираюсь.
Когда Хван поделился со мной случившимся, и мне захотелось просто убить его, но подумав, решил, что этого будет мало. Вот только то, кем он являлся, в разы усложняло дело, заставляя меня выжидать. Как только наш договор истечет, я выжму из него все соки, уничтожу его, что бы Софи забыла о нем навсегда. Единственное, что мне не понятно какой был резон Хвану делиться со мной этими знаниями? Хотя он в принципе не отличается молчаливостью, в отличие от закрытого Шу. И в кого он только такой говорливый? Может его мать была болтушкой? Но я плохо помню очередную пассию отца. Хотя одно я знаю точно, что я не зря забрал их на свое попечение в тот год, когда она умерла, перерезав себе вены что бы привлечь внимание своего любовника. Ее не успели спасти, а у отца уже спустя пару дней была новая пассия, которую в скором времени сменила другая.