— Кажется, минуту назад ты сказала…
— И что? Откажешься? — восприняла мое замечание в штыки. До чего легко ее было задеть…
Звездочка сама положила мою руку себе на коленку, а потом осторожно погладила поверх ширинки. Я приобнял ее. Она пахла цитрусом и сладкой косметикой. Вдохнул аромат полной грудью и расслабился. Текила мягко ударила в голову. Темнота зала, увлеченные разговорами гости, яркие пятна на сцене вокруг полуобнаженных стройных женских тел, медленная, но ритмичная музыка. В клубе я находил особенный комфорт. Пальцами я неспешно провел по бедру Звездочки, дразня и размышляя, хочу ли в действительности продолжить.
Моя спутница залезла мне в брюки, обхватила мошонку и массировала ее в ожидании, когда прильет кровь.
— Если у тебя не встанет, так и быть, можем побоксировать, — с издевкой шепнула она мне на ухо, куснула за мочку и провела языком вдоль подбородка.
Сучка. Я здесь правлю балом. Без промедления отодвинул ее трусики под короткой пышной юбкой и легонько надавил на клитор. Через пару минут она вся будет мокрой. Гарантирую.
Глава 10. Вероника
Сомнения исчезли, стоило “Льву” залезть мне под юбку. Мною овладела странная одержимость, желание во что бы то ни стало затащить директора “Альба-моторс” в постель. Его холодность? Пренебрежительные взгляды? Высокомерие, которое при первом знакомстве или рядом с Обезьяном он не выпячивал, а теперь включил на полную мощность? Обмен провокациями закончился успешно. “Лев” клюнул.
Хоть я и пыталась ему подрочить, пальцы Марка тут же увлекли меня в вихрь ярких чувств. Стыд, возбуждение, удовольствие слились вместе и оглушили. Черт, он умел там управляться! Опустив взгляд на стол, словно страус голову в песок, я молилась, чтобы ни один официант не подошел, чтобы ни один гость не стал рассматривать нас. Музыка в зале глушила мои несмелые стоны, вырвавшиеся украдкой, совершенно неконтролируемо. Когда два пальца проникли внутрь и уверенно надавили наверх, я почти взорвалась. Все эти игры на публике лишь сдерживают, не дают насладиться близостью по-полной. А я уже страшно текла! Но попросить Марка пойти в комнатку — значит унизиться, “проиграть” ему. Он сам должен захотеть! Сам должен позвать! Наверное…
Очередной мощный спазм выбил меня из колеи. Я согнулась, чуть не упала на стол, приняла позу спящего на паре студента, закрывая красное от жара и смущения лицо, до боли прикусывая нижнюю губу. Ласки смягчились и сосредоточились на клиторе. Я кончу, точно кончу прямо здесь! Проклятый Марк! Наверняка, наслаждается собой! Свела ноги, чтобы чуть отсрочить неизбежное, но от того сильнее задралась юбка, а “Лев” ничуть не притормозил, пододвинулся ближе, потянул свободной рукой меня за плечо, затем за шею, обхватил, слегка придушив.
— Что…
— Смотри на меня, Звездочка.
И его движения ускорились. Равнодушная маска льва, пытливые глаза уставились в мои. Я приоткрыла рот, не в состоянии стерпеть. Оргазм накатил плавно, но затем резко рванул фейерверком и затих. Перед ним! Перед чертовым Марком! Улыбался ли он? Смеялся надо мной? Я вырвалась и убежала в туалет, коря себя за безрассудное поведение. Он может стать моим партнером по бизнесу! Очень важным! А я раздвигаю перед ним ноги, да еще и в публичном месте. Ну не идиотка ли?
Посмотрела в зеркало на раскрасневшиеся щеки. С удивлением заметила, что выгляжу привлекательной и довольной. Полной жизни. Не как после изнуряющего рабочего дня или ранним утром помятой пандой. Развлечения идут мне на пользу.
Я покинула туалет, не надеясь встретиться со “Львом” вновь. Почему-то казалось, он должен непременно уйти, однако я ошиблась. Марк ждал снаружи. Молча взял меня за руку и повел в знакомый узенький коридорчик с множеством дверей. Не готов ограничиться петтингом? Конечно, ему ничего не досталось, а на альтруиста он не похож.
Номер седьмой. Особо не отличался от девятого. По дизайну более брутальный, красно-черный. Кожаный скрипучий диван. Ненавижу такие! А еще повсюду расставлены черные свечи, и на тумбе лежит моток ало-красных веревок.
— Никаких связываний! — выпалила тут же. Мне можно, меня — нельзя!
— Не волнуйся. Ты и без того будешь послушной девочкой, не так ли? — самоуверенно отозвался Марк.