Покалывание прошлось вниз по ее ногам, когда она представила себе, как она делит его постель с ним.
— Я буду в порядке, правда, — сказала она, приведя вполне правдивый аргумент. — Я много раз ходила в поход.
— Я построил его сам, — сказал он, глядя вверх, — поэтому я могу, по крайней мере, точно сказать, что крыша не будет течь, если сегодня пойдет дождь. Ты можешь использовать дом, когда я на лесопилке, где провожу большую часть времени. Я оставляю его незапертым.
— Спасибо.
— Я принесу метлу.
Она потянулась за постельными принадлежностями в тот же самый момент, когда он двинулся, чтобы положить их вниз.
Они впервые коснулись друг друга. Его кожа жесткая и бархатиСтая одновременно, как если бы скрывала большого возбужденного самца была горячей. Толстые вены и мышцы взывали к самой примитивной ее части существа. Принятия решения спариваться ли с ним или нет больше не было. Она должна лечь с этим мужчиной, пока не сошла с ума.
Постельное белье упало на грязный пол в кучу, кровать готова. Он посмотрел в ее глаза своими голубыми, бесконечно глубокими глазами, прежде чем поцеловал ее. Его запах кедра стал еще сильнее, жарче, смешиваясь с запахом мужского возбуждения, в то время, как он медленно, тщательно исследовал ее рот.
Вздох капитуляции вырвался из ее горла, прежде чем она смогла остановить его. Его губы были так же настойчивы, как и руки. Как будто похотливый грузовик врезался в ее грудь, когда он прижал ее к себе.
Мужская щетина царапала ей лицо, когда его губы оставили ее, чтобы исследовать челюсть и мочку уха. Ее пальцы впились в полинявшую рубашку на его широких плечах, когда его зубы прикусили ее шею.
Заклейми меня!
Ее бедра потерлись об него, нуждаясь в нем, чтобы утолить сладкую, влажную боль, зарождающуюся глубоко в киске. Она забыла, что близость с мужчиной может приносить удовольствие, а не рутину.
Прежде чем смогла отреагировать, он схватил ее руки и потащил к стене. Его рот напал на ее, вынуждая открыться своим горячим языком, который вылизал каждый уголок ее рта. ТолСтая балка вонзились в спину, но она ничего не чувствовала, кроме него.
Он построил эту комнату, и он действовал так, будто собирался продемонстрировать ей каждую доску. Его эрекция прижималась к ее бугорку через джинсы, обещая бездумное удовлетворение.
Может быть, мистер Вудс не так скучен в конце концов.
Мужчина, заманивший ее в ловушку своих стальных объятьев уже не казался таким Омегой. На самом деле, он чувствовался, как скрытый Доминант. Больше не способная к логическому мышлению, она стала расстегивать его рубашку. В награду за это она получила еще больше горячей кожи, мышц и немного волос на груди. Он закрыл глаза и застонал, когда ее пальцы заскользили вниз по его животу до пояса джинс.
Прежде чем смогла пойти дальше, два тиска обвились вокруг ее запястьев. Блин. Его руки были столь же сильны, как и выглядели.
— Между нами есть притяжение, — сказал он, глядя ей в глаза.
Да, неужели?! Что ты собираешься с этим делать, мистер Дровосек?
— Что в тебе такого? — продолжил он. — Почему я хочу тебя так сильно?
— Я думаю, ты уже знаешь ответ, — ответила она.
Он потер подбородок ладонью.
— Какие точно семейные дела привели тебя сюда, Лара?
Чем меньше он знал, тем лучше.
— И почему ты такой любопытный, а?
— Я хочу знать, как скоро ты уедешь.
Слова ужалили больнее, чем она ожидала. Ее груди набухли, а киска пульсировала, не желая принимать того, что спаривание не состоялось.
— Не волнуйся. Я не надолго.
Она может даже на рассвете умчаться. Этот город был бесполезен, также как и он.
Его голос смягчился.
— Я не хотел выглядеть грубым. У меня огромное количество заказов на пиломатериалы, столько, что из ушей лезет. Я не ищу пару.
— Я тоже, — ляпнула она. Но разве ее мать не послала ее сюда, чтобы найти ее? — Мы, правда пара, не так ли? У волков есть только одна пара за всю жизнь.
Он кивнул.
— Боюсь, что так, но это не значит, что мы должны поддаваться порыву.
Она не могла не склонить голову. Пробыв с ней меньше часа, он уже сделал ее слабой. Ей это не нужно!
— Поверь мне, если бы ты не была моей возможной парой, я уложил бы тебя уже на этот пол для быстрого траха, — он застегнул свою рубашку. — Я сейчас принесу метлу.