Люди проходили мимо него, ни о чем не подозревая. Им в глаза светило солнце, и они щурились, чтобы лучше видеть. Но они никогда не увидят. Смотрящие оказываются самыми незрячими. Люди живут так, словно не существует ни других мест, ни других реальностей – ни даже намного более суровых будней в местах, расположенных на расстоянии дня пути от их домов.
Но они, люди, далеко продвинулись. Они делают вещи, о которых несколько десятилетий назад он и подумать не мог. Он наблюдал за их путем от выживших одиночек до сильной цивилизации и знал, что будет наблюдать обратный ход этого процесса.
Грааль вошел в кафе. Здесь, как часто бывает в таких местах, царила приятная атмосфера. Теплое дерево, кирпич и меловые доски. В углу сидело трое подростков с мобильными телефонами в руках. Две пожилые женщины ели торт. Стена позади них была выкрашена в черный цвет, на ней нарисованы кофейные зерна. В динамиках звучала песня Стинга «Последний корабль». Интересный человек, припомнил Грааль.
Светленькая девушка с короткими растрепанными волосами улыбалась ему из-за прилавка. Он посмотрел на табличку с ее именем.
– Можете ли вы сделать мне двойной эспрессо, Шарлотта?
– Конечно, будете что-нибудь есть?
Он улыбнулся:
– Возможно позже.
Он расплатился, уселся на высокий табурет у окна и стал разглядывать церковь. Район был перекрыт, и это вполне понятно. Здесь не только опасно после пожара, это еще и место преступления. И тут произойдет еще одно убийство.
Вот что за место она выбрала. Через два дня вон там он встретится с Наиэлем. С братом. Со Всевидящим. С предателем.
Она, Хирка, сделала хороший выбор. Кровь от его крови.
Шарлотта принесла ему эспрессо с великолепной пенкой. Постаралась. Грааль улыбнулся ей, не слишком обнажая клыки.
– Вы верующая, Шарлотта?
– Я? Да нет, про меня в Библии не напишут, – рассмеялась она и посмотрела на церковь. – Вы про то… Вы раньше ходили туда?
Он помотал головой.
– Я тоже не принадлежу к любимчикам Господа, – ответил он. Девушка снова рассмеялась и заправила локоны за уши. Грааль видел, что ей хочется еще постоять около него, но все-таки она вернулась к работе.
Грааль снял перчатки и опустил коготь в кофе, чтобы проверить, чист ли он. Перед его мысленным взором пронеслись тысячи различных химикатов, которые он ожидал найти. Масла, гетероциклические соединения, сера… На удивление мало загрязнений от пестицидов и моющих средств. Он сделал глоток и бросил взгляд на лежавшую рядом газету.
К нему взывала человеческая действительность. Конфликты из-за границ и ресурсов. Он обратил внимание на фотографию мертвых птиц на скоростном шоссе. По словам свидетелей, они дождем сыпались на дороги Нортгемптона, прямо как в кино.
Грааль закрыл газету: он и так знал, чем все закончилось. Ученые посчитали, что птицы натыкались на линии электропередачи и травмировались или же гибли из-за шума.
Он вспомнил, как его собственный ворон лишился жизни. Ему свернули шею. Он так хорошо помнил хруст, как будто дело было вчера. Щелчок. Оборвавшийся крик.
Тогда он был бессилен. Скован. Искалечен. Кастрирован. По приказу собственного брата. Брата, с которым он сражался бок о бок.
На него нахлынул целый поток воспоминаний. Он стоит на коленях в луже собственной крови. Боль в промежности. Его мужское достоинство, брошенное на корм во´ронам. Они боролись за него – кто больше отхватит. Когти, впившиеся ему в спину. Яд в венах. Поток, который разрывал его на мелкие кусочки изнутри. Его кровь сожгли. Если он попытается пройти сквозь круги воронов, он превратится в пыль и окажется запертым в пустоте в нейтральной зоне. Так родился Всевидящий. Так его брат стал богом.
Ни один из них не думал, что им придется встретиться вновь, и уж меньше всего Наиэль. И так бы все и было, если бы они не совершили роковую ошибку. Они позволили ему взять с собой мертвую птицу. Их глупость стала его спасением.
Они смеялись над ним, не понимая, зачем ему труп животного, мертвой домашней птицы. Спутник, который скоро начнет гнить. Они смеялись, но согласились. Возможно, они сочли это унизительным для него.
Так они стали причиной собственной гибели. Они дали ему оружие. Грааль мог пользоваться им, даже несмотря на то, что они убили круги воронов. У него был клюв.
Он потратил тысячу утомительных лет, целую тысячу, только для того, чтобы найти того, кто сможет дотянуться до него, кто поможет ему отыскать круги воронов по следам Потока. Он никогда не забывал. Никогда не сдавался. И вот скоро этот день настанет. Наиэль в городе. Он чуял его запах. Запах страха. Запах конца.