– Это местешип! Он ядовитый, но может останавливать кровь… крово… – возбуждение было слишком велико, и она снова начала забывать слова. Стефан посмотрел на нее. – Кровотечение! Останавливать кровотечение. И очищать раны. Я должна узнать, где он растет!
Стефан взглянул на нее.
– Он нигде не растет. Это вымышленное растение.
– Вымышленное?! Никакой это не вымысел, я всю жизнь пользовалась этим растением!
Стефан закрыл ей рот ладонью, шикнул на нее и указал на изображения других растений, частично закрывавшие местешип.
– Ты видишь? Это отрывок из Манускрипта Войнича. Эта штука, которой несколько столетий, пылится в каком-то музее. Того растения не существует. Как и всех этих.
Хирка скользнула глазами по другим растениям. Она их раньше не видела. Только одно. Только местешип. Ей хотелось потрясти Стефана, рассказать ему, что это означает, но он не сможет понять. Хирка увидела в этом мире первый признак того, что кто-то еще знает то же, что и она. Кто-то здесь видел растение из ее мира.
Это бесконечно важно. Она не одна. Вне зависимости от того, сколько лет этому документу, в этом мире существовали те, кто пользовался кругами воронов. Она не сошла с ума и не потеряла память, как Сильвио Сануто.
Хирку увлекли мысли о том, насколько хрупка действительность. Насколько хрупкой она была с тех самых пор, как она попала сюда. Она сомневалась в самой себе. В самые тяжелые моменты Хирка сомневалась даже в собственной истории. Но все правда, и вот перед ней доказательство. Хирка коснулась пальцами бумаги. Она была безжизненной. Насмешка над тоской, глодавшей ее. Она сняла рисунок со стены.
Стефан начал перебирать другие рисунки, навешанные друг на друга.
– А все эти вещи… Эти книги… Картинки распечатаны с одного и того же сайта в интернете. Они все собраны в одном месте, – он посмотрел на нее. – Ты понимаешь? Это коллекция.
– У Грааля?
– Нет, они в одном музее, – он прищурился и стал разглядывать маленькие буквы внизу листа. – Художественный музей Рун. Никогда о таком не слышал. Но если бы эти рисунки не имели отношения к Граалю, они не находились бы в этой комнате, так ведь?
Он был прав. Хирка смотрела на картинки, как будто пыталась пробудить в них жизнь, чтобы они рассказали ей о себе. Местешип. Чужие рисунки. Чужие книги. Собраны в одном месте. Зачем? И какое отношение они имеют к Граалю, если только не…
Врата.
– Наиэль был прав, – прошептала она. – Грааль нашел способ открыть врата. Может быть, он…
– Записал это и поместил в музей? – рассмеялся Стефан. – Прости, конечно, но он далеко не идиот.
Хирка не ответила. У нее появилось ощущение, что комната уменьшилась в размерах. Сжалась до такой степени, что в ней осталось место только для одной мысли. Грааль что-то нашел. Возможно, это такая простая вещь, как книга. И эту книгу она сможет прочитать и почерпнуть знания, которые помогут ей вернуться домой. Она сама записывала разные вещи с той поры, как оказалась здесь. Почему бы ему не делать то же самое? Эта мысль манила, как свет. Как широко распахнутая дверь. Возможность сбежать, вернуться в мир, который она знала. Вернуться и стать человеком. Дочерью Одина. Всего-навсего дочерью Одина.
– Может, он тоже их ищет? – Казалось, Стефан сомневается в собственном предположении. Он почесал подбородок. Звук от почесывания щетины слился со звуком шагов. Кто-то идет! Глаза Стефана расширились от паники. Хирка засунула рисунок в карман и обернулась. В дверях стоял мужчина. Сильвио. Сильвио Сануто в полосатой пижаме со стаканом молока в руках. Рука Стефана потянулась к ремню. К пистолету. Хирка вцепилась в него:
– Подожди!
Взгляд старика блуждал между ними и стаканом молока, как будто он искал связь. Хирка крепче сжала руку Стефана. Ладонью она ощущала биение его пульса.
– Он не помнит, – прошептала она. Удивление смешалось с ужасом. – Он не знает, что мы здесь лишние.
Она улыбнулась Сильвио. Он кивнул в ответ, повернулся к ним спиной и ушел. Босые ноги шаркали по деревянному полу.
Хирка долго простояла неподвижно, прежде чем решилась выдохнуть. Стефан тихо подошел к двери, закрыл ее и запер. По телу Хирки прокатилась волна облегчения, но потом у нее появилось странное ощущение. Воздух сгустился. Что-то приближается. Что-то опасное. Знакомый запах.
Наиэль…
Окно взорвалось.
Зазвенели осколки стекла. Стефан закричал. Какой-то человек влетел в окно, словно его туда швырнули. На него посыпались книги. Он со стоном попытался проползти вперед, но у него ничего не вышло. На подоконник кто-то запрыгнул. Наиэль. Он сидел на корточках и скалил зубы. Из пальцев торчали когти. Под человеком на полу разливалась красная лужа крови. Он был тяжело ранен. Хирка кинулась к нему, попыталась перевернуть на спину, но он ударил ее – живот пронзила боль. Она упала назад.