Во время ужина они болтали о простых повседневных делах. Все были в приподнятом настроении, но Кейт догадывалась, что А-Джей хочет скорее перейти к делу. Райан, занятый жеванием, безмятежно переводил взгляд между взрослыми, пока те обсуждали работу, пробки и скачок цен на кофе.
Кейт едва могла думать о чем-то, кроме предстоящей задачи — взглянуть в глаза убийц. Она не знала, чего боится больше: увидеть убийц на фотографиях или не узнать их. В ее работе любое преимущество над плохими людьми было подспорьем. Любая информация была оружием, чтобы добраться до виновного. Ей нравилось быть на шаг впереди тех, кто не ожидает подвоха с ее стороны и не знает, о чем ей известно. Она надеялась, что это сработает и сейчас.
Когда все наелись, Майк предложил заварить кофе.
А-Джей поднялась и положила свою салфетку на стол:
— Может, принесешь нам его чуть позже? Нам нужно немного поработать.
Кейт тоже встала:
— Спасибо, Майк. Пожалуй, я тоже повременю с кофе.
Майк пожал плечами:
— Идет. А пока что мы с Райаном уберем со стола. Верно, партнер?
— Верно, — Райан уверенно кивнул и ухмыльнулся.
Кейт не удержалась от улыбки при виде этого счастливого ребенка. В то же время, она не могла не думать о контрасте: счастливый ребенок, прекрасные родители, любящая семья. Но отец был солдатом, которому приходилось убивать людей, а мать — офицером полиции, которая целыми днями имела дело с трупами и убийцами. Таков был хрупкий баланс добра и зла, не прекращающих свою борьбу.
Она также не могла отделаться от мысли, что А-Джей позвала ее сюда проверить, способна ли она видеть убийц, но одного Кейт уже увидела.
— Наша родительская спальня там, в конце. Комната Райана и гостевая — наверху. Мне приходится держать свой кабинет запертым, чтобы любопытный мальчишка не перевернул тут все вверх дном.
Детектив включила свет. Комната походила на запасную спальню, переделанную в кабинет. Выкрашенные в темно-коричневый цвет стены только добавляли строгости. В углу стоял сейф для оружия — достаточно длинный, чтобы хранить большую винтовку. На верхней крышке сейфа выстроились коробки с патронами.
Кабинет был не милой комнаткой, а помещением для серьезных дел.
Вдоль стены у входа располагались черные металлические стеллажи с одинаковыми лотками из полупрозрачного пластика. Похоже, в них хранились документы. Некоторые лотки были подписаны.
Напротив стеллажей торцом к окну стоял старинный дубовый стол, за которым друг напротив друга спокойно могли уместиться двое.
А-Джей указала на один из стульев:
— Присаживайся.
Кейт села на старый деревянный стул с подлокотниками, а А-Джей взяла с верхней полки несколько лотков.
— Как ты хочешь смотреть фотографии?
— В смысле? — спросила Кейт.
А-Джей поставила два пластиковых лотка на край стола:
— Хочешь просматривать стопки по очереди, как прошлой ночью у тебя дома, или мне просто дать тебе сразу все фотографии? Скажи, как тебе будет удобнее.
Кейт откинула волосы с плеча:
— Думаю, будет лучше, если ты покажешь мне все имеющиеся фотографии, все, которые ты показывала Джону. Если у тебя есть еще какие-то снимки, дай мне их тоже. Я хочу посмотреть все. Нет никакого смысла раскладывать фотографии по отдельным стопкам. Или ты сортируешь их по какому-то признаку? Может, раскладываешь их в каком-то порядке?
А-Джей покачала головой и поставила еще один лоток поверх двух других, а затем сняла крышку. Достав все пачки фотографий, она сняла с них резинки и стала складывать их в беспорядочные кучи.
— У меня тут масса фотографий свидетелей — их куда больше, чем снимков осужденных преступников. Не вижу смысла держать их отдельно или в каком-то особом порядке, ведь их реальная ценность связана только с тобой. Полагаю, я собирала их лишь поэтому, хотя тогда еще не знала истинной причины.
— Сколько убийц на этих снимках?
— Хватает, — только и сказала А-Джей.
Детектив включила настольную лампу и развернула ее, чтобы осветить комнату, затем выдвинула стул на колесиках и села за стол напротив Кейт, которая придвинула к себе несколько куч фотографий.