— Потому что всей правды я тебе не сказал. Как понимаю, ты не совсем тупая.
— Значит, ты хочешь разузнать всё о том, какое отношение я имею к твоим врагам, а потом отменить нашу встречу?
— Разумеется.
Бекка решила поспорить.
— Ты лжёшь.
Тот пожал плечами.
— Ну, ты бы понравилась мне больше, если бы показала свои…
— Нет!
Он вздохнул.
— Если я открою тебе больше правды, ты мне их покажешь?
— Нет!
— Тогда ты вряд ли достойна моей компании.
Бекка осознала, что он, в общем-то, её компании и не хотел. Об этом говорили и предложения идти по своим делам. Но почему он вообще себя утруждает, если мог бы просто отправиться в прошлое и отменить их встречу? Так бы он точно от неё избавился. И всё же на это Сквернавец не пошёл. Нелогично получается.
Она попробовала ещё раз.
— Ну, покидать тебя я не собираюсь. Так же, как и что-либо тебе показывать. Почему бы тебе просто не отменить наше столкновение у статуи морской ведьмы?
— Какая же ты подлая.
— И стану ещё подлее, если от меня не отвяжешься. Ну, давай, сделай это. К чему ждать? Я тебе только мешаю.
— Думаешь, я этого не сделаю?
— Да, потому что не можешь.
— Могу, просто сначала хочу разведать обстановку во всей подробностях. Добрый волшебник не отправил бы тебя ко мне просто так, он что-то задумал. И мне нужно знать, что именно, чтобы отреагировать соответственно.
— Я не могу сказать тебе, по какой причине он послал меня к тебе, потому что сама её не знаю. Но буду счастлива расстроить твои планы, если смогу. Следовательно, либо отделывайся от меня, либо признай, что не можешь.
Сквернавец обдумал её слова.
— Если я скажу тебе всю правду, будешь ли ты прислуживать мне без этих утомительных споров?
Новое предложение отличалось от предыдущего в лучшую сторону. Роль служанки Бекке не нравилась, но девушка хотела выполнить своё обязательство перед Хамфри, и коварная магия Сквернавца пробудила её любопытство.
— Нет. Я буду помогать тебе с чем-нибудь рутинным, как сказал мне добрый волшебник, но на этом всё. Прислуживать я не намерена никому, — выплеснув эмоции, Бекка почувствовала себя лучше.
— Тогда как насчёт не вмешиваться в мои дела?
— Не вмешиваться? — непонимающе переспросила она.
— Не портить то, что я делаю.
— А как бы я могла этому помешать?
— Если я скажу, как, ты попытаешься расстроить мои планы. Таким образом, я ничего не могу тебе сказать, пока ты не пообещаешь не мешать.
Оу. Поразмыслив, Бекка поняла, что он прав. Речи о том, чтобы препятствовать деяниям Сквернавца, между ней и добрым волшебником, не шло. Как бы она ни хотела разрушить его подлые замыслы, вместо этого придётся ему помогать. Ладно, пусть так.
— Хорошо. Если обещаешь не смотреть на мои…
— ****! — выругался он. — Ты запечатала лазейку.
Её моментально оглушило плохим словом. Раньше Бекка никогда его не слышала, но узнала по звёздочкам. Однако, не желая показывать слабину, девушка преодолела сиюминутное замешательство.
— Так что?
— Ладно. Но лучше бы тебе прислуживать на пятёрочку.
— Я не рабыня. Просто согласна не ставить тебе палки в колёса. Гордость у меня есть.
— Договорились. Вот вся правда. Отменив прошлое один раз, я уже не могу отменить его снова, поскольку сталкиваться с самим собой нельзя. Отменить другой момент жизни того же человека дозволяется, но тот, первый, уже нет. Следовательно, раз я уже вмешался в нашу встречу в момент поцелуя, то утратил возможность отменить её целиком, сама понимаешь, почему.
Бекка нашла объяснение слишком сложным, чтобы разобраться сразу, но решила, что на сей раз он действительно говорит правду.
— Тогда зачем ты это сделал?
— Я не знал, что ты умеешь превращаться в дракона; ты захватила меня врасплох. Я отменил это автоматически. Подозреваю, добрый волшебник изначально знал, как всё обернётся, и нарочно подослал тебя ко мне.
Смысл в его словах присутствовал. Поступки Хамфри иной раз действительно можно было назвать хитрыми. Причина, по которой он отправил Бекку к статуе, начала проясняться.
— Что ещё?
— Я могу отправляться в прошлое не дальше, чем на четыре года назад, — именно тогда я заполучил этот талант. И могу отменить собственное прошлое до этого дня, если только не отменил что-нибудь ещё в то же время.
— Собственное прошлое? Значит, ты не помнишь содеянного?
— Нет. Помню всегда. Просто иногда приходится удирать от неприятностей.
— С чего бы это? — иронически хмыкнула Бекка.
Сквернавец её сарказма не заметил.