— На самом деле, — начал Сквернавец. — Я просил тебя показать…
— Свой талант! — опять перебила его Бекка. — Но Сквер… то есть Скороход, она уже показала нам более, чем достаточно. Теперь наша очередь показывать… свои таланты, я хочу сказать, — девушка торопилась, боясь, что он вновь захочет прояснить вопрос. — К примеру, вот мой. — Она поднялась из-за стола, отступила от него и на мгновение превратилась в дракона, гордо расправившего крылья.
— Невероятно! — захлопала в ладоши Джанель. — Ты действительно драконесса.
Бекка снова стала человеком.
— Да. Мой отец — дракон Драко. Я не прочь как-нибудь встретиться с ним и поболтать часок-другой, — она опять уселась за стол. Драко нравились совместные полёты с дочерью, однако он опасался, что она превратится в человека на глазах у других драконов, чем невольно выдаст его постыдный секрет. Поэтому большую часть жизни Бекка провела в образе девушки вместе с матерью. И это успело ей поднадоесть.
— Я пытался сказать, — не сдавался Сквернавец, — что ты серая мышка. Но если преувеличишь свои трусики так же, как проделываешь это с другими предметами, то станешь намного привлекательней.
— Мои трусики! — воскликнула Джанель, заливаясь краской.
— Он не это имел в виду! — схватилась за голову Бекка. — Он так шутит.
— Я не шучу, — отозвался Сквернавец самым своим скверным тоном. — И пока ты в них находишься, преувеличь заодно и свои формы. Тогда мы сможем…
— Это просто пустая болтовня! — отчаянно сказала Бекка. — Он не понимает, что говорит.
Но её слабые протесты к желаемому результату не привели.
— Думаю, я отлично его поняла, — помрачнела Джанель и взглянула на Сквернавца. — Ты из тех, кого интересуют только женские трусики, в которые можно забраться. Если сочтёшь их достаточно симпатичными.
— Ты прекрасно всё поняла, — согласился тот.
Джанель недобро прищурилась: — А знаешь, каким я вижу тебя?
Бекка решила больше не вмешиваться. Эта девушка могла постоять за себя сама.
— Нет. Да и кого это волнует?
Джанель перегнулась через стол, чтобы коснуться его руки.
— Я вижу кошмарного уродца с грязным языком.
Внезапно Сквернавец покрылся зелёными бородавками, фиолетовыми пучками волос по всему телу и множеством коричневых морщин. Теперь он напоминал громадную жабу с какой-то заразной болезнью. Он открыл было рот, чтобы заговорить, но вместо слов из него выпала отвратительная мёртвая муха.
— Который уже находится на полпути в ад, — неумолимо продолжала Джанель.
Сквернавец исчез. Бекка с ужасом осознала, что он и в самом деле отправился в ад, где бы тот ни был. Преувеличение выполнялось буквально.
— Прости, — усмехнулась Джанель. — Впрочем, сомневаюсь, что он стоил хоть капли твоего времени. Как и большинство парней, оказался настоящим вонючкой.
— О, он не мой парень, — развеяла её заблуждение Бекка. — И даже не нравится. Просто я получила задание ему помогать.
— Вернуть его не получится. Мой талант действует только в одну сторону. Может, мне и не стоило выходить из себя, но он так выражался…
— Ни один мужчина не имеет права требовать показа трусиков, — согласилась с ней Бекка. — Придётся ему об этом сообщить. Может, после твоего наказания он и прислушается.
— Ты нескоро его найдёшь. Думаю, ад отсюда далековато.
— Это не проблема. Приятно было с тобой познакомиться, Джанель. Так жаль, что ты меня даже не вспомнишь.
— Конечно же, я тебя не забуду, Бекка. Из тебя вышла прехорошенькая драконесса.
И тут Бекка обнаружила, что вновь идёт по тропе рядом со Сквернавцем, голодная. Он отменил эпизод целиком, как и ожидалось.
— Сюда, — коротко велел он, стаскивая её с тропы в кусты.
Они подождали, пока мимо проследовала Джанель. После того, как девушка скрылась из вида, опять поднялись на тропу и возобновили свой путь.
— Тебе надо перестать так часто и откровенно упоминать трусики, — предупредила спутника Бекка.
— Почему?
— Потому что девушкам не нравится, когда в них видят всего лишь обладательниц трусиков. Они хотят думать, что мужчин привлекает внутренний мир.
Он рассмеялся в ответ.
— Кому нужен внутренний мир? Убери трусики, и смотреть останется только на лифчик.
Как Бекка и предполагала, коса нашла на камень.
— Сквернавец, я обязана тебе помогать, хотя и считаю тебя законченным подлецом. Возможно, лучший способ тебе помочь — это заставить тебя понять, что ты никогда не впечатлишь принцессу или другую красотку своей речью. Тебе надо хорошенько её вычистить.