— Десантироваться с ящера? — Я вспомнил предыдущий случай. Меня передёрнуло. — Опять в одиночку?
— Нет, с командой, конечно. Как положено, не с крыла.
— Тогда вообще мало что могу сказать. Опыта недостаточно. Один раз в учебном лагере десантировали отряд с ящеров — и всё. Что я готов, это ты и без подтверждения, наверное, поймёшь.
— Отлично. Заодно и пополнишь опыт. Но очень надеюсь, что дополнительные меры не понадобятся. Долина дымов в это время года даёт нам преимущество внезапности. Если подойдём к ущелью быстро, противник не успеет подготовиться к отражению первого удара. Тогда мы наведём мосты через ущелье, и Излом будет захвачен очень быстро. Понимаешь?
— Понимаю. Но зачем ты мне это говоришь? Разве мне предстоит принимать участие в каких-то операциях, где необходимы подобные знания?
— Кто же знает, что именно будет. Запланированная мною операция — во многом представляет собой чистую авантюру. Но придётся рискнуть. Готовься ко всему, Серт.
Я криво усмехнулся.
— Всегда готов.
Глава 10. Излом
Долина дымов казалась бесконечной, но это ощущение обманывало так же, как и все ощущения в этом полном невнятной мглы пространстве. О том, чтоб отчётливо видеть в этом месте, можно было разве мечтать. Худо-бедно разглядеть подробности происходящего можно было только на шесть шагов, и в этом я убедился, когда провожал Аштию из штабной палатки, которую уже сворачивали для транспортировки, в паланкин. Правда, не уверен, что эту здоровенную дуру а-ля беседка можно было так назвать. Она больше напоминала домики, навьючиваемые на спины слонов в Индии и где там ещё… Крепилась штуковина к хребту парящего ящера, и потому в ней можно было ехать с полным комфортом, там даже не трясло.
Я мало что понимал в специфическом женском состоянии, но одного здравого смысла и внимательности хватало, чтоб понять — Аштии недолго осталось дохаживать. Теперь мне были намного лучше понятны стенания Ниршава. Страх перед тем, в чём я совершенно не разбирался и не желал разбираться, оказался куда более реальным, чем боязнь за свою жизнь в рейде. Последняя как раз была привычной и обтёртой до дыр. К тому же в рейдах не до боязней, слишком занят делом спасения собственной жизни.
Но госпожа Солор не спешила отправлять меня воевать, значит, я был нужен ей здесь.
Армия пришла в движение немедленно, как только была одержана победа в «дымном бою» и принято решение разделить силы для быстроты. Даже в своём паланкине Аштия не отдыхала — лёжа на подушках, она принимала одного вестового за другим, и в папках возле неё росли груды бумажек с выписками, а также табличек. Последние были практичнее — их можно было легко отскоблить от предыдущей надписи и использовать многократно.
Иногда женщина произносила пару-тройку слов по делу. И так я узнал, что форсирование Долины дымов идёт ускоренно и успешно, близок тот последний рубеж, на котором станет по-настоящему жарко. Едва ли госпожа Главнокомандующая произносила эти слова случайно — она вообще ничего не делала, не подумав, и если уж решила бросить мне крохи информации, то сознательно.
Лишь разок она позволила себе отвлечься от дел и, поедая с блюда какие-то микроскопические порции мяса с овощами в салатных листьях, пожаловалась, что демонический мир здорово её угнетает.
— Правильнее было бы, конечно, на время вернуться в Империю, — задумчиво произнесла Аше.
— Что же мешает? — Мне тоже принесли блюдо с угощением, и это было настоящей отрадой — штабной повар готовил просто потрясающе вкусно!
— Сам понимаешь, именно сейчас я должна быть в центре событий. Если сейчас потеряем время и не сумеем воспользоваться благоприятным сезоном, войну придётся вести, возможно, ещё очень долго. В каждом из моих людей я уверена, но лишь там, где они исполняют свою работу. А не мою. Понимаешь, моё участие может в какой-то момент оказаться решающим. Война не терпит промедления — если, конечно, ведётся на результат, а не ради процесса.
— Ради процесса? Что ж за война такая?
— На измор, например. Мало ли вариантов… — Аштия откинулась на подушки и прикрыла глаза. — Всё-таки это правильно, что войну, как правило, ведут мужчины. В их жизни не вламывается необходимость служить сосудом для будущей новой жизни. Они не слабеют в решимости служить своему государю по вине собственного тела.
— И это говорит представительница семьи, три поколения которой подарили империи первоклассных военачальников?