— Жалко будет, если рухнет на нас.
— Кхе… Да уж. Как там было?
— На распределяющей башне? Весело было. Как тебе штуковина? — я покрутил в воздухе боевой загогулиной.
— Ничего штуковина. Такие у нас называют «хвостом дворняги». Видишь, как конец загибается? Только они обычно парные. Хочешь, пару бойцов пошлю отыскать второй «хвост»? Там уже всё зачистили.
— Давай. Скажешь им, что вторая торчит в переносице демона-арбалетчика, который на лестнице валяется. Чтоб им проще было искать.
— Лады… А неплохо всё получилось! Быстро взяли центральные крепостные звенья.
— Это — быстро?!
— Это — быстро. Очень быстро. И, значит, нас всех очень скоро покормят! А не «кого-то сейчас, кого-то потом, кого-то только завтра». Пусть поспать не всем удастся, но уж поесть — это наверняка!
Я вздохнул. Брюхо и правда подвывало.
— Серт! — окликнул меня вынырнувший из полумрака адъютант. — К Главнокомандующей.
Ночь падала на замок хлопьями, как снег, поглощала стену за стеной, башню за башней. Вослед ей магия и расторопные человеческие руки зажигали огни, огоньки и целые огненные фигуры, ткавшие в текучей демонической ночи образ совершенно другого замка. Это зрелище было великолепно и жутко в одно и то же время, им хотелось любоваться, от него хотелось бежать. Прерывистой глыбой огня вырастала передо мной твердыня, кажущаяся адовым близнецом тех замков, что строили в Империи. И я медлил шагать по подёрнувшимся оранжевыми отсветами ступеням к вершине этой титанической крепости. Она казалась мне пастью Молоха — такой, какой её раньше изображали в аллегорических картинах.
Пожрёт ли она меня или отрыгнёт новым существом — никто не мог знать наверняка. Мне хотелось хоть ненадолго отступить, осмотреться, собраться с духом. Но я уже не мог себе этого позволить. Ни к чему себя обманывать — пасть чужого божества уже давно добралась до меня. Хрустнут ли мои кости на его зубах или обретут твёрдость стали — это мы посмотрим.
Мысли невесёлые и — что самое главное — вызывающие раздражение против всего на свете. Например, против этого аккуратного холёного адъютантишки. Идёт тут такой, чистенький, сытый, в наглаженном мундире и почти без оружия (кортик не в счёт). Боя настоящего ну точно не нюхал, разве что издали. Гад!
При виде Аштии раздражение ослабло. К ней можно было испытывать только сочувствие — бледная, осунувшаяся. Её собранность и деловитость показались мне трогательными… Хотя, наверное, не так стоило думать о женщине, державшей в обоих своих кулачках огромную имперскую армию. Но сейчас я видел в ней просто уставшую, не выспавшуюся женщину.
— Серт, рада, что у тебя всё благополучно… Да, давай, — это было сказано не мне, а одному из адъютантов, поднёсших ей аккуратную нарядную миску с мясом и овощами в соусе. Даже свежим укропом и цветочками из редиса украшено. Буржуйство. — Хочешь?
— Вообще-то я голоден, да.
— Ещё порцию, — велела она. — Отойдём в сторонку?.. Уровень напряжённости в башне ты как оцениваешь?
— А как я вообще могу его оценивать? Хоть как-то? Я ж ни бум-бум в магии.
— Да ладно, Серт! Оценить ты можешь, и кому ж ещё, как не тебе? Опыта у тебя будь здоров. Как тебе передвигалось в поле? Как дышалось? Как восприятие реагировало?
— Ну, скажем так, в первом замке в Аскенале было хуже. И в тот раз, когда я приволок «искру», которая отправила нас троих к чёрту на рога — тоже. Ты тогда, помнится, высказывала предположение, что противник догадался о существовании в твоём арсенале уникума типа меня. Что-то идёт не так? Предположение оказалось верным?
— Нет. Вообще это было очень маловероятно.
— Что именно?
— То, что моё тогдашнее предположение будет соответствовать действительности, — Аштия раздражённо отмахнулась вилкой. — Откровенно говоря, я тогда была в шоке, готова была предполагать что угодно. А чуть позже сообразила, конечно, что у демонов не было особого смысла планировать такую заковыристую ловушку. Как я уже говорила — слишком много переменных при слишком высоких затратах на подготовку. Ведь вероятность, что «искру» первым возьмёт в руки какой-нибудь маг, была намного выше. Всё гораздо проще, Серт, — «искра» была родом из того мира, в который нас закинуло. Прикосновение к ней человеческого мага создало резонанс, который ты в силу своих особенностей вызвать не мог, а тут рядом ещё активная пространственная область средоточия, «гармошка». Словом, вот и результат. Принцип, обратный принципу работы того артефакта, который вернул нас в Империю. Один почерк в создании магических вещей, один принцип. Я удовлетворила твоё любопытство?