Вадима заинтересовала некая таинственность Хави и он направился к одному из окошек, у которого было не так много народу, чтобы можно было вполне комфортно посмотреть поединок. К тому же, видя приближающегося легата, остальные бойцы почти инстинктивно, словно по команде, освободили пространство у окна, за что удостоились одобрительного кивка. Настолько быстрое отвлечение внимания от его персоны, и даже некоторый пофигизм, с которым Вадим почти моментально переключился на Хави, увлекая всех остальных живым интересом к начинающемуся поединку, оставив без традиционных почестей местного чемпиона, вынудили Брома украдкой наблюдать за отвернувшимися от него обожателями, тихо надувая грудь от томливого приступа зависти.
Гонг прозвучал. Стойка Хави выделялась среди остальных бойцов. Хави плавно двигался. Большое внимание уделял постановке ног. Шаг был мягкий, продуманный - он взял инициативу и вел противника, который думал, что он действует самостоятельно, но на самом деле наивно подстраивался под движения Хави словно змея, подражающая опытному заклинателю.
Хави словно изучал, словно впитывал в себя информацию о каждом приеме, проведенном соперником. Он не торопился с ответными действиями, ловко парируя и уклоняясь от следовавших одна за одной атаками. На одной из таких атак соперник просто запутался в своих ногах и свалился на землю, даже не получив ни одного удара.
Выверенная тактика Хави, не позволяющая сопернику завладеть инициативой и не дающая возможности провести удачную атаку, чем-то напоминала поединок с Лукретиусом, который просто интеллектуально переиграл Вадима, сделав его совершенно беспомощным перед уступающим в силе и скорости соперником.
Хави парировал еще пару атак и начал отвечать короткими, незаметными ударами, чем-то напоминающими кунг-фу, а точнее тем, что обычно преподносят в боевиках как кунг-фу. Легкие на первый взгляд удары, судя по выражению лица и машинальным изгибам тела противника, доставляли немало боли. Плавно порхая вокруг, Хави короткими тычками изводил соперника, уже бросившего проводить безуспешные атаки, пытаясь только не дать ткнуть себя в очередной раз, хаотично меняя блоки в попытках защитить одновременно нос, челюсть, ухо, грудь, сердце, печень и почки. В конце концов соперник свалился на одно колено, сразу подняв одну руку, означающую принятие поражения, другой придерживая правый бок.
Ведущий огласил победу Хави и один с нескрываемой улыбкой, а другой с угрюмым, поникшим взглядом, двинулись в подтрибунное помещение.
- Достопочтенная публика, настала очередь, без сомнения, самого главного и интригующего боя турнира. Этот поединок достоин финала, но мы можем его лицезреть уже сейчас! Лега-а-а-ат Ре-е-емус и Бро-о-о-о-м Кви-и-инт! - будоражил зрителей заводила с ложи под невероятные аплодисменты трибун.
Вадим не до конца разобрался с сеткой турнира. Она явно отличалась от привычного боксерского или футбольного плей офф. Но каким-то образом всего осталось пятеро соперников. Вадим что-то припоминал о пресловутом эталонном праве и эффективной бюрократии в древнем Риме, поэтому какие-либо возможные махинации сразу отмел. Да и дурить легата столицы в Капуе бы никто не отважился.
- В жопу засунь свои порядки, Утырок! - рявкнул Дима Казах на молодого, лет двадцати пяти, предпринимателя, сидевшего за рулем красивой новой “Бэхи”, остановившейся у припаркованного “Прадика” еще старой модификации, прозванной в народе “Бегемотом” за некоторую схожесть кузова и фар с пресловутым животным.
- Ты чего кричишь? Ты кто такой? - быковатым тоном ответил водитель “Бэхи”, демонстративно показывая, что он готов выйти из машины, если Казах не переставит машину. Молодой коммерс около года назад переехал в соседний подъезд и “застолбил” за собой парковочное место, отгоняя от него остальных автовладельцев быковатым тоном и частым сопровождением таких же молодых и дерзких друзей. Поскольку дефицита мест на парковке во дворе особо не было, с ним предпочитали не связываться и ставить свои машины на других свободных местах. Дима Казах же здесь был гостем не частым и периодически заезжал во двор к Вадиму, навещая разных знакомых, живущих в разных подъездах. Все знали, что Казах бандит. Никто не знал, чем именно он занимается. Никто не знал о том, какие преступления или правонарушения он совершил, но все знали, что он бандит. Возможно, брутальный внешний вид, любовь к кожанкам и дезельным внедорожникам сами создали такое впечатление у окружающих, но нельзя отрицать то, что он никогда не фигурировал в криминальных сводках и интернет-сплетнях. - Ну чо, отхватит коммерс? - с улыбкой и надеждой в голосе спросил у Вадима Киряс.
- Ну, я ставлю на Казаха. Место он стопудово не освободит, - с азартом ответил Вадим, устраиваясь поудобнее в кожаном сидении “Камрюхи” Киряса, заехавшего просто так поболтать ни о чем и вставшего как раз напротив разворачивающейся сцены.
- Ты чо там дергаешься? Выйти собрался? Выходи, чо мнешься? - вызывающим жестом приглашал Казах водителя “Бэхи” наружу.
- Я не понял, ты чего хочешь-то? - с напыщенной деловитостью ответил коммерс, не спеша выходя из машины. Следом открылись еще две двери “Бэхи” и вышли еще два возмущенных приятеля коммерса, готовые отстаивать права друга на личное парковочное место. - Может впрягемся? Меня давно этот ваш коммерс бесит, а тут и повод хороший. Трое на одного.., - неуверенно предложил Киряс.
- Да хрен знает. Давай движухи дождемся, а там посмотрим, - раздумывая над перспективами и возможными последствиями оказания подобной помощи, ответил Вадим.
- Ну что, дядя, попутал? - поправляя брендовую футболку, сурово продолжил коммерс, подходя к Казаху, глядя прямо в глаза, желая напугать и заставить его ретироваться.
- Ты чо, фифа? Собрала подружек и свалила отсюда на своей жоповозке! - насупился Казах, на которого высосанная из пальца воинственность мажорика и его свиты не произвела никакого впечатления.
- Кого ты назвал подружками, пидор?! - перешел на полуистеричный крик коммерс и тут же свалился на белоснежный капот своей машины после мощного удара головой Казаха. “Подружки” обомлели от такого поворота. Они дернулись в сторону Казаха, но замерли в нерешительности в некоем подобии боевой стойки. Казах молча за ними наблюдал, будто разъяренный лев, который не может выбрать, кого из обнаглевших шакалов разорвать следующим. - Э-э-э, парни, не катит! Один на один было! - крикнул выскочивший из машины Киряс, всем своим видом показывая, что готов подключиться при малейшем поводе. Следом неторопливо высунулся Вадим, положив руку на открытую дверь, взглядом давая понять “подружкам”, что в стороне он тоже не останется.