— Десять золотых мне уже Иран проспорил! Теперь «Жемчужинка» выдаётся по расписанию и за особые заслуги! — продолжала бросаться угрозами женщина. — Они мне сейчас весь Има со дна поднимут за возможность сесть на…
— Кстати, это хорошая идея, — перебил её мечник.
— Что? — не поняла Ная.
— Выдавать им Кьяра в обмен на их помощь, говорю, хорошая идея, — повторил Ариен.
Предводительница какое-то время растерянно смотрела на него, ещё раз переосмысляя всё что наговорила, после чего рассмеялась:
— Мне иногда кажется, что сексуальность Кьяра — это самое мощное оружие в нашем отряде. Зачем мы вообще бесконечно практикуемся в сражениях, если можно просто снимать с Кьяра штаны и решать этим все проблемы? — немного помолчав Ная внезапно оскалилась. — Но та напавшая на тебя гадина с рыжими глазищами не получит его даже если будет тут землю вылизывать, — эта фраза прозвучала так, будто женщина была готова голыми руками разодрать русалку, стоило той показать свою русую голову из озера.
— Ладно, пойдём к ребятам, — не обращая внимания на агрессивное шипение предводительницы, мягко подтолкнул её в сторону остального отряда мечник, — там рыбу надо поджарить.
Правду о них говорили русалки или нет, Ариен не знал, но переживать раньше времени смысла не видел и Нае бы тоже не позволил. Сейчас для него, в сущности, не было никакой разницы, стали бы они с ней кем-то ещё после смерти или нет. Даже если да, то Ная бы всё равно осталась его Демоном и была бы рядом под его присмотром — всё было бы в порядке.
Он был уверен, что в мире не существовало того, что можно было бы однозначно назвать злом или добром. Для всех других рас их Боги Хаоса были воплощением ужаса, для самих тёмных эльфов — любимыми родителями. Если даже Боги были спорными существами, то что можно было говорить о Демонах?
На самом деле, больше всего сейчас Ариена волновала другая мысль: погиб ли тот Бог, что был в его теле, после того, как его Демона убили. Если они могли существовать только вместе, значит, его золотая Звезда Хаоса — это последнее, что осталось от того Бога. Вероятно, так он, исчезая, выразил свою надежду, что Ариен однажды займёт его место, раз рядом с ним уже тогда была та, кто была способна стать его противовесом.
Весь мир считал, что Демоны и Боги были связаны вечными узами ненависти, но Ариен, смотря сейчас на Наю, впервые в жизни осознал, что скорее всего это было совсем не так — они были связаны вовсе не ненавистью, а любовью. То, как сражался тогда Бог, то, как он говорил с Демоном, — теперь всё это было тому подтверждением.
Глава 7. Монстр
— Итак, — начала Ная, когда все поели и развалились на шкурах, — сейчас все по очереди будут озвучивать вопросы, которые у нас есть об этом месте. Попытаемся составить общую картину того, что нам нужно узнать. Может, на что-то мы уже даже сможем ответить.
Мужчины согласно замычали, кивая. Идея была хорошая, потому что запутались в происходящем уже все. За несколько дней на отряд обрушилось столько информации, что её разрозненные куски сами собой вместе уже просто не собирались. Казалось, что многое друг другу противоречило, а объяснений как не было, так и не предвиделось. Однако, общими усилиями им бы, возможно, удалось более-менее расставить всё, что у них было, по своим местам, и тогда бы стало понятнее, что искать дальше.
— Почему русалки меня игнорируют? — влез первым Зиран.
Собиравшийся в этот момент заговорить Эмиэль, одарил его хмурым взглядом, но отвешивать подзатыльники на первый раз не стал.
— Потому что они охотятся за красивым лицом, чтобы нарожать себе красивых мальков, — отмахнулась от парня предводительница, — я говорила про нормальные вопросы.
— А Ариена тогда почему не трогают? — не ушёл далеко от Зирана Иран.
— Кстати, интересно, да, — оживился Кьяр, которого русалки, под горящим первозданным пламенем взглядом его предводительницы, в качестве исключения отпустили поесть со своим отрядом, — а давайте спросим!
Ная раздражённо всплеснула руками и хотела было вернуть разговор в нужное ей русло, но в этот момент Ариен привычно откинулся ей на грудь, и она решила уступить. Потому что объективно проще было сперва удовлетворить любопытство мужчин, а уже потом заставлять их думать. Уткнувшись носом в макушку мечника, она ленивым кивком разрешила танцору делать то, что он там намеревался.
Через минуту тот принёс на руках уже знакомую всем зеленоглазую русалку. Видимо, эта девушка стала фавориткой в его местных развлечениях, поэтому и разговорами он решил доставать именно её.