Я осторожно переступила порог квартиры и оказалась в ещё одном коридоре. Лампа-спираль роняла с потолка свет на простой деревянный паркет и неброские бежевые обои с узором в завитушку. На вешалке при входе висело несколько курток. На подставке стояли одинаковые пары мужских ботинок. На полках этажерки – ничего кроме слоя пыли. Ни следа присутствия мамы.
-Хочешь чаю? – пристально на меня глядя, предложил Владимир Кросвит. Я смущённо кивнула, не зная как себя вести. – Пожалуйста, проходи и чувствуй себя как дома. Куртку можешь оставить здесь.
Оказывается, маги могут заваривать чай одним щелчком пальцев. Из чашки, которая появилась передо мной, когда я села за кухонный стол, пахло мятой. Сделав пару глотков, я стала понемногу успокаиваться.
-Это её любимая чашка, - сообщил Владимир Кросвит. Я чуть не подавилась чаем и уставилась на синюю кружку в белый горошек как на Брандвийское чудовище. И вдруг неожиданно для самой себя выпалила:
-Расскажите мне, пожалуйста, где сейчас мама!
Владимир Кросвит нахмурился. Но он, похоже, ждал от меня вопросов, а потому ответил достаточно быстро:
-Виктория сейчас под Куполом. Советники собираются вернуть её, когда ты закончишь Академию.
-А что там под Куполом? Где он вообще находится?
-Предпочту этого никогда не узнать. Купол – тюрьма для самых опасных преступников-магов. Но твоя мама не должна была туда попасть, - в глазах старшего Кросвита можно было увидеть отблеск неподдельного чувства. Он всё ещё любил мою маму, - Она ошиблась, а Совет воспринял её оплошность слишком серьёзно. - Владимир Кросвит торопливо отхлебнул чай и немного помолчал, - Мы оба были напуганы и наделали много глупостей. Только вот я теперь здесь, а она – там.
Отец Марка стал смущённо стирать пыль со стола. Я закашлялась и часто заморгала. Тут было слишком пыльно. Наверное, мне не следовало сюда приходить. Тут мне никто не поможет. Сегодня мне придётся справляться самой. Я встала из-за стола с твёрдым намерением побыстрее уйти отсюда.
-Мне не давали этот адрес в Академии, я сама нашла его в личном деле мамы. Извините, что так вломилась. И спасибо за чай! – я отставила чашку в сторону, представив, как её держала в руках мама. Как она сидела за этим самым столом.
-Это ничего, - улыбнулся Владимир, - Можно тебя кое-что спросить?
-Да, - я удивлённо кивнула скорее маминой чашке.
-Ты хорошо сдала экзамены?
-Без троек, я хорошо подготовилась.
-А жить в январе будешь..?
-В Академии.
-Ладно, - кивнул Владимир Кросвит, перехватив мой взгляд - Хочешь посмотреть её кабинет?
В маминой комнате не было так пыльно. Здесь убирались гораздо чаще, чем в той части квартиры, которую я успела увидеть. У высокого окна напротив двери стоял массивный стол со множеством выдвижных ящиков и целой коллекцией статуэток на стеклянной поверхности. Одна стена была сплошь занята шкафами с книгами и какими-то незнакомыми мне приборами. Другая оклеена яркими обоями. На этой стене висело множество фотографий, пейзажи там перемежались с групповыми снимками и портретами. Ближе к двери стояло мягкое кресло с подставкой для ног, подушками в вязаных чехлах и пледом, накинутым на спинку. Рядом на низеньком столике, освещенном торшером, лежала стопка книг в потрёпанных мягких обложках. На этажерке справа от двери стояли горшки с цветами. Было видно, что их не забывали вовремя поливать.
-Здесь уютно, - неуверенно произнесла я, лишь бы что-нибудь сказать.
-Ей всегда нравилось добавлять уюта в стандартные интерьеры. И фотографии. Она их все сама сделала. Кроме одной, - Владимир указал на нерезкий снимок, расположенный в правом углу композиции. На фото была мама. С радостным изумлением я заметила, что очень на неё похожа. Здесь она была ненамного старше меня. Мама смеялась в объектив. Из-за стекла прямо на меня смотрели искрящиеся весельем зелёные глаза, по плечам разметались золотистые локоны. Я немного подвинулась в сторону, сосредоточенно разглядывая снимок, пока моё отражение в стекле не совпало с маминым силуэтом. Я была почти как она, только глаза другого цвета. И теперь нет её улыбки. Как и повода улыбаться.
Краем глаза я заметила, что Владимир тоже неотрывно смотрит на её фотографию. Было в его взгляде что-то такое, что заставило меня вернуться к созерцанию других кадров. На остальных снимках были просторы леса, улицы Териконы, красивые цветы крупным планом и ещё множество разных красивых видов. Мне так хотелось знать, почему мама выбрала именно эти фотографии для украшения своего кабинета. Какие чувства она испытывала, когда фотографировала? Показывала ли снимки мне, когда я была ещё совсем маленькой?