«Мисс Торн, не так ли?» — его голос прозвучал совсем рядом. Она шла чуть сзади и слева, как предписывал устав.
«Так точно, ваше высочество».
«Вы необычайно молчаливы для члена «почетного караула». Обычно телохранители хоть изредка удостаивают своих подопечных парой слов, дабы развеять скуку».
«Моя задача — обеспечивать вашу безопасность, ваше высочество, а не развлекать», — ответила она, глядя прямо перед собой.
Он тихо рассмеялся. «Прямолинейно. Мне это нравится. Ректор говорил, что вы одна из лучших на своем курсе. В… некромантии».
В его голосе не было издевки, лишь любопытство. Это выбило ее из колеи.
«Ректор слишком любезен».
«О, не сомневайтесь, он не был любезен. Он был скорее… обеспокоен. Считаете ли вы, мисс Торн, что ваша школа магии недооценена?»
Айрин остановилась и наконец посмотрела на него. В свете фосфоресцирующих цветов его лицо казалось загадочным и резким.
«Я считаю, что ее боятся, ваше высочество. А боятся обычно того, чего не понимают».
«Мудрое наблюдение, — он сорвал один из светящихся цветков и покрутил его в пальцах. — А что там понимать? Мертвая плоть, послушные воле мага скелеты, духи, привязанные к миру живых… Кажется, все довольно просто».
«Вы описываете инструмент, — холодно сказала Айрин. — Топор может рубить дрова, а может быть орудием убийства. Вините ли вы топор? Некромантия — это наука о смерти, о переходе, о энергии, которая остается после него. Это знание. А знание не может быть добрым или злым. Таким его делает тот, кто им владеет».
Принц замер, внимательно глядя на нее. В его глазах плясали огоньки.
«Вы говорите как настоящий ученый. А не как… ну, вы понимаете».
«Как чудовище?» — закончила она за него.
Он улыбнулся, и эта улыбка была лишена насмешки. «Что-то вроде того. Вы не соответствуете образу, мисс Торн».
«Разочарованы?»
«Напротив. Заинтригованы».
Он повернулся и продолжил прогулку, а Айрин последовала за ним, чувствуя, как в груди зашевелилось что-то тревожное и теплое одновременно. Это была ловушка. Он заманивал ее, играл с ней. Она не могла позволить себе расслабиться.
На следующий день караул сопровождал принца в город. Солнце ярко светило над крышами домов, на улицах было многолюдно. Кристиан, отказавшись от кареты, шел пешком, легко и непринужденно общаясь с горожанами, пожимая руки торговцам, угощая детей сладостями из собственного кармана. Айрин наблюдала за этим, и ее сердце сжималось от противоречивых чувств. Он был искусным актером или действительно заботился о них?
Они проходили через рыночную площадь, когда Айрин почувствовала это. Легкое, едва уловимое колебание в магическом поле. Что-то было не так. Ее взгляд метнулся по толпе, выискивая угрозу. Ничего. Только улыбающиеся лица, обращенные к принцу.
И тогда она увидела его. Человек в плаще, стоявший в тени под аркой. Его поза была слишком расслабленной, его взгляд — слишком пристальным. И он не смотрел на принца. Он смотрел на нее.
Прежде чем она успела что-либо предпринять, человек резко дернул головой, и из-под его плаща вырвался сгусток черной, вязкой тени. Он не полетел на принца. Он понесся прямо на Айрин.
Время замедлилось. Она услышала крики гвардейцев, увидела, как Лиам и другие маги поднимают щиты вокруг Кристиана. Но атака была направлена не на него. Она была направлена на нее.
Инстинкт взял верх. Айрин не стала уворачиваться. Она вскинула руку, и перед ней взметнулась стена из сияющих рун, но это был не обычный магический барьер. Он был соткан из энергии смерти, холодной и безжалостной. Черная тень врезалась в него и с противным шипением начала разъедать, но барьер держался.
В ту же секунду Айрин почувствовала еще один импульс. Настоящая атака. С крыши противоположного дома, почти невидимый в лучах солнца, лучник натянул тетиву. Стрела, пропитанная подавляющей магию панацеей, была направлена в сердце принца.
Никто не успевал. Никто, кроме нее.
Мысль пронеслась в голове молнией. Она не могла создать еще один барьер. Но она могла сделать другое. Она рванулась вперед, отталкивая Кристиана от линии выстрела, и в то же время, не глядя, швырнула в сторону нападавшего в плаще то, что первое пришло на ум — импульс чистой некротической энергии, не смертельный, но оглушающий и парализующий.
Стрела просвистела в сантиметрах от плеча принца и вонзилась в стену позади. Человек под аркой с криком рухнул на землю, скрючившись от судорог.
Наступила тишина, разорванная лишь криком капитана стражи: «Охранять принца! Найти лучника!»
Айрин стояла, тяжело дыша, все еще прикрывая собой Кристиана. Он смотрел на нее с расширенными от шока глазами. Потом его взгляд перешел на человека под аркой, которого уже скручивали гвардейцы. Тот был жив, но его лицо было искажено маской ужаса и боли — стандартная реакция неподготовленного организма на контакт с некротической магией.