Ее руки дрожали. Каждая строчка, каждый рисунок были как удар по сознанию. Лордан не был просто жестоким правителем, жаждущим власти. Он был фанатиком, одержимым идеей, которая была безумием в ее чистейшем, самом отвратительном виде.
— Кристиан, — позвала она, и голос ее сорвался. — Посмотри.
Она протянула ему раскрытый фолиант. На странице была изображена та самая сфера, но окруженная не схемами, а живыми людьми — представителями двух народов, Пепельных Земель и Цветущей Долины. Они были не просто нарисованы рядом. Их связывали нити энергии, которые тянулись к сфере, а из сферы, в свою очередь, исходили другие нити, поглощавшие их силу, их жизненную энергию, их самую суть. Под изображением была подпись: «Дух Разрушения. Древняя сущность, пребывающая в спячке. Питается не плотью, а конфликтом. Ненавистью. Жаждой мести. Чем дольше длится вражда, чем она ожесточеннее, тем сильнее становится Дух. И тем полнее его пробуждение».
Кристиан молча взял книгу, его глаза быстро скользили по строчкам. Лицо его стало каменным.
— Он не собирается его уничтожать или изгонять, — сказал он наконец, и в его голосе прозвучало леденящее душу понимание. — Он хочет его выпустить. Контролируемо. Направить на соседей. Использовать как окончательное оружие.
— Но это же безумие! — вырвалось у Айрин. — Такая сущность… она не будет служить. Она поглотит все. И его земли, и земли Долины. Все, что способно чувствовать, ненавидеть, бояться… Она сожрет все это и потребует еще.
— Он верит, что сможет ее контролировать, — Кристиан указал на другую книгу, лежавшую на столе. Там были чертежи сложнейшего механического ошейника, артефакта, призванного подчинить волю Духа. — Он считает себя достаточно сильным. Или достаточно отчаявшимся.
Они продолжили поиски, и с каждой новой найденной запиской, каждым расчетом, каждым дневниковым фрагментом, картина становилась все яснее и ужаснее. Лордан не просто планировал. Он был на пороге осуществления замысла. Расчеты показывали, что «резервуар ненависти» — то есть затяжной, вековой конфликт двух народов — почти достиг необходимой для пробуждения полноты. Не хватало лишь одной, последней искры. Массовой битвы на границе, которую он сам же и спровоцировал, отдав приказ о карательном рейде. Битва была назначена на восход солнца после ближайшего полнолуния. А полнолуние было… через три дня.
Айрин наткнулась на небольшой, но тяжелый ларец из черного дерева. Замок поддался ее манипуляциям с щелчком. Внутри, на бархатной подушке, лежал не предмет, а свернутый в трубку пергамент с личной печатью Лордана. Она развернула его и замерла. Это был приказ. Ясный, недвусмысленный, уже скрепленный подписью и печатью.
«Командующему Восточным легионом. В день, предшествующий битве у Ущелья Скорби, отвести войска на пять миль к западу. Не вмешиваться в происходящее, каким бы странным оно ни казалось. Любое неповиновение будет караться немедленной смертью. По окончании явления немедленно атаковать ошеломленного и ослабленного противника. Цель — не победа. Цель — тотальное уничтожение, дабы земли их навеки опустели. Сила, которая будет выпущена, обеспечит это. После чего она вернется в свою обитель, ибо будет привязана к месту ритуала. Лордан, Повелитель Пепельных Земель, Владелец Грядущей Тьмы».
— Доказательства, — прошептала Айрин, сжимая пергамент так, что костяшки пальцев побелели. — Вот оно. Прямой приказ. Он намеренно отведет свои войска, чтобы выпустить Духа на войска Долины. Чтобы тот… насытился. А потом добьет ослабленных выживших.
Кристиан подошел, взглянул на пергамент, и его лицо исказила гримаса чистого, беспримесного гнева.
— Он продал не только своих врагов. Он продал и своих солдат. Им приказано отступить и стать свидетелями, а потом добивать. Он превратит их в соучастников кошмара. Это… это хуже любого предательства.
В этот момент сфера в нише пульснула ярче. Темные тени внутри зашевелились беспокойно, будто почуяв что-то. Воздух затрепетал, и холодная волна прошла по комнате, заставив светильник Айрин померкнуть.
— Он чувствует нас, — сказала она, и в ее голосе впервые зазвучала паника. — Или чувствует эти документы. Мы нарушили тишину его логова.
— Пора, — резко сказал Кристиан. — У нас есть что нужно. Приказ, расчеты, схемы. Этого достаточно, чтобы поднять на восстание хотя бы часть его командиров, если мы успеем.
Она кивнула, судорожно засовывая самые важные документы — приказ, дневниковые записи о ритуале, чертежи артефакта-ошейника — в прочный кожаный мешок, висевший у нее на поясе. Остальное пришлось оставить. Главное было донести эту информацию до тех, кто мог ей воспользоваться.