Они бросились назад, к потайной двери. Но было уже поздно.
Сфера пульснула снова, на этот раз излучая не просто свет, а звук — низкий, вибрирующий гул, который проникал в кости, в зубы, в самое сознание. На стенах кровавые схемы вспыхнули алым светом. Тревога. Охрана была не просто магической. Она была живой, связанной с сущностью, дремавшей в сфере.
— Бежим! — крикнул Кристиан, хватая ее за руку.
Они влетели в потайной коридор, когда сзади, из покоев, донесся звук тяжелых, мерных шагов. Не человеческих. Скорее, похожих на лязг камня о камень. Стражи, пробужденные тревогой.
Бег по темному, извилистому коридору превратился в кошмар. Стены, казалось, сжимались, пытаясь их раздавить. Позади нарастал лязг и скрежет. Айрин, задыхаясь, пыталась применить простейшее маскировочное заклинание, чтобы сбить преследователей со следа, но магия в этом проклятом месте была извращена, искажена голодом Духа. Ее чары рассеялись, как дым.
Кристиан тащил ее за собой, безошибочно находя путь назад по памяти. Его лицо в отсвете светильника было сосредоточенным, яростным. Он не позволял панике взять верх. Он делал то, что обещал, — вел ее к безопасности.
Наконец, впереди показался слабый свет — выход в дренажный тоннель. Последние двадцать ярдов.
И тут из бокового ответвления, о котором не было на их схеме, вышли двое стражей.
Это были не люди. Это были големы, слепленные из темной глины и осколков обсидиана, с горящими в глазницах рубиновыми огнями. Они двигались медленно, но неумолимо, перекрывая проход.
Кристиан, не замедляя шага, выхватил клинок. Он знал, что големов железа не возьмет. Но он мог купить время.
— Беги к выходу! — бросил он ей, уже бросаясь на ближайшего голема. Его клинок со звоном отскочил от каменной груди, оставив лишь царапину.
— Нет! — крикнула Айрин. Она не могла его оставить. Клятва, данная у костра, связывала ее сильнее любых цепей. Она оглянулась в поисках чего-либо, что могло бы помочь. И ее взгляд упал на стены. Схемы здесь были не такими сложными, но они были. Схемы подавления, сдерживания. Часть общей системы охраны.
Без раздумий, полагаясь только на инстинкт и отчаяние, она прижала ладони к холодному камню и вложила в него весь свой страх, всю свою волю, всю свою магию — не для разрушения, а для усиления. Она не пыталась взломать систему. Она попыталась ее перегрузить.
Рубиновые огни в глазницах големов вспыхнули ярче. Затем — погасли. Каменные тела замерли, затрещали, и по ним поползли трещины. Сдерживающие чары на мгновение сработали против самих хранителей.
Кристиан, воспользовавшись моментом, рванул к ней, схватил за руку, и они вбежали в дренажный тоннель. Сзади раздался грохот падающих камней и яростный, бестелесный рев — рев Духа Разрушения, почуявшего добычу, но потерявшего ее.
Они бежали по мокрому, скользкому тоннелю, не оглядываясь, пока не вырвались наружу, в холодную, свежую ночь. Дождь, начавший накрапывать, омывал их лица, смывая пыль и запах тления.
Под укрытием полуразрушенной арки они остановились, чтобы перевести дух. Сердце Айрин колотилось так, что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Она сжимала в руках мешок с документами, как сжимают спасительную соломину.
— Мы достали это, — прошептал Кристиан, глядя на мешок. Его рука все еще сжимала рукоять клинка. — У нас есть доказательства. Сердце угрозы.
— Но теперь он знает, что его раскрыли, — сказала Айрин, чувствуя, как дрожь проступает сквозь адреналин. — Он ускорит свои планы. У нас не три дня. У нас, может быть, один.
Она посмотрела на Кристиана, и в его глазах она увидела то же, что чувствовала сама: усталость, граничащую с изнеможением, страх за будущее, но и непоколебимую решимость. Они заглянули в самое сердце тьмы и вынесли оттуда его тайну. Теперь они должны были успеть донести ее до других. Предупредить армию Долины. Найти союзников среди командиров Лордана. Остановить ритуал.
Они снова были в бегах. Но теперь у них была не просто цель выжить. У них была цель спасти. И они были вместе. С доказательствами в руках и с клятвой в сердце, которая теперь горела не тихим огнем доверия, а ярким, яростным пламенем общей цели.
— Пойдем, — сказал Кристиан, выпрямляясь. — Нам нужно до рассвета добраться до переправы.
Айрин кивнула, крепче затянув ремешок мешка. Сердце угрозы теперь билось в ее руках. И они понесли его прочь от цитадели, в надежде, что успеют погасить его страшный ритм до того, как он превратится в погребальный звон для двух народов.