— Деян. Мой биологический брат. Он был добр ко мне, давно — в детстве. Мне кажется, он волновался — потому что узнал и помнит.
Ашер погрузился в свои мысли. Перед глазами ещё все плыли окружающие предметы.
Даниэль понял, что тот вынуждает себя держать глаза открытыми и ещё плохо соображает.
Поэтому медленно уложил его на лежак и накрыл термоодеялом. Объясняться сейчас не было смысла.
*****
Утром Даниэль кутался посильнее в толстовку, рядом со своим новым пристанищем. Ему предстояло на время вернутся в Полис с братом, чтобы решить вопросы с Системой. Если все сделать правильно, то задуманное получится. Где-то внутри него вина и горечь так и не унимались. Дан все же хотел, но боялся узнать о Викторе. Погруженный в мысли он не заметил, как тоненькая фигурка легко и грациозно вышла из-за его спины и оперлась локтем на плечо, привстав на цыпочки.
— Снова ты, — улыбнулся Даниэль.
— Я, Лула, — представилась она, осторожно убирая прядку челки с его лица.
— А я наслышан.
Девушка не успела открыть рта. Деян приблизился широким шагом, потрепал брата по голове и подтолкнул вперед. Даниэль зачем то коснулся ее руки, автоматически двинувшись. Они зашагал в сторону Полиса, прервав болтовню.
— Ну пока — буркнула поникшая Лула.
По дороге Даниэль выяснил причину повышенного интереса среди населения. Мужчины просто не доверяли чужакам, особенно сейчас.
Что касается женщин — они просто любопытны по природе своей. А ещё, часто присматриваются к "новеньким", чтобы "разбавить кровь". Парами в этой коммуне жили редко, предпочитая держатся особняком. Так же прямого лидера у них не было. Только те, кого больше уважают и слушают, они же помогают организовать порядок. Даниэль отметил, что это мало похоже на дом, в котором они с Деяном родились.
— Что ж, можешь передать своим женщинам, чтобы они расходились, — немного злорадно отозвался Даниэль.
— Чего это?
— Обители не выгодно содержать рабочих во время ухода за детьми, и тем более детей. Когда можно уже готовых к работе в коммунах взять…Нас не разделяют по полам в поселениях. Просто применяют медикаментозные меры. И все живут как хотят.
— О, всемилостивый! Неужели тебя оскопили…
— Нет же! Все в пределах гуманности. Я бы это так не назвал, — покачал головой Даниэль, — по ряду причин действия Церкви весьма "осторожны", даже к их собственности.
— А друг твой… этот… Что, тоже? Ты, планшет возьми и сохрани последние новости… Кстати…
— Он "маль".
*****
Мужчины вернулись ближе к закату. Свои дела Даниэль закончил довольно скоро и решил дождаться Деяна. Поскольку, не до конца доверял новым людям.
Особенно на фоне последних событий: накануне, пока они отсиживались в амбарах, пропавшую последней девушку нашли мертвой, но не закоченевшей. И совсем не ясно: кто-то из местных решил подставить их — списать прошлые исчезновения в надежде, что сразу не обнаружат труп; или кто-то просто действует по своей схеме независимо от обстоятельств.
Подозрения от них объективно сняли. Временно.
К тому же, брат, откровенно, ему что-то недоговаривал. Например, зачем они скрывают Лулу. С ней явно, что-то не так.
Даниэль боялся за Ашера. Он должен лежать и восстанавливаться. И Дан уповал на то, что тот не попадется на глаза местным.
Первым делом, по возвращению, Дан пошел проверять свою комнату-кабинет. Ашер пил что-то теплое из кружки, закутавшись в термоодеяло. Он сидел забравшись с ногами поверх лежака. Шумно облегчённо, при виде этого, Даниэль выдохнкл и присел рядом. На расстоянии вытянутой руки.
Ашер коротко взглянул на него.
— Я скачал много новостей пока был на Ярусе. Прочитай. Но кое-что скажу лично. Мне так жаль…
— Что случилось?
Даниэль положил руку ему на плече глядя в пол и чуть сжал.
— Твой отец был казнён Церковью вчера за подлог в медицинских документах и за укрывательство сына, предположительно мальформа, подозреваемого в убийстве и побеге из участка. Он сам отказался от работ на отравляющем производстве в пользу казни. Мне так жаль… Он мог отработать там какое-то время, и доживать, конечно с другим здоровьем, но…
Ашер пошатнулся, не смотря на устойчивое положение. Шумно вздохнул. Слезы жгли глаза. Едва их сдерживая, он поставил кружку на пол. Потер лицо. Даниэль молча сидел рядом.
— Ты хочешь побыть один?
— Да, выйди.
— Держись братец…
Глава 12
Даниэль обессилен. День прошел сложно и напряженно, в целом, стал непривычно длительным из-за обилия решительных действий и переживаний. Только сейчас Дан осознал, что мог не вернуться сюда.