Медленно, но верно стрелки часов подошли к семи часам вечера и, таким образом, настала пора идти в сторону башни. За это время девушки многое успели сделать и явно больше, чем рассчитывали.
— Отлично поработали, Хима-чан! — Сарада подмигнула ей и протянула поднятую ладонь.
Ага! — Узумаки ударила по руке подруги и звонко засмеялась.
Учиха поймала себя на мысли, что во время работы с Химавари она практически не вспоминала о своих проблемах — о Чочо, об Иноджине, о странных письмах… «Вот бы остаться тут с Химой, а не идти в башню, где всё это на меня опять навалится, и я буду терзаться…» — думала она про себя, понимая, что это желание невыполнимо.
— Идем, Сарада-сан? — прервала ее размышления Узумаки, готовая отправиться в путь.
Учиха кивнула головой и девушки стартовали. Солнце медленно опускалось за горизонт и в темном Лесу смерти, где даже при свете дня было мрачно, это ощущалось особенно сильно. Повсюду раздавались шорохи и крики лесных обитателей. Куноичи активировали свои додзюцу и все время были на чеку, стараясь избежать столкновения с ядовитой тварью или свирепым хищником. Глаза девушек не подвели, и дорога прошла благополучно. Когда напарницы входили в башню на часах было без пяти восемь — как раз к этому времени руководитель миссии и велел всем явиться.
Первым делом Сарада и Химавари зашли на кухню. Там был один Сай, который сидел за столом, углубившись в карты.
— А вот и мы, Сай-сан! — сообщила Сарада прямо с порога.
— Отлично, — мужчина улыбнулся и прищурился. — У вас все в порядке?
— Более чем! — бойко воскликнула Химавари. — Выполнили даже больше, чем собирались.
— Очень хорошо, — удовлетворенно кивнул головой Сай. — Вы, кстати, последние. Остальные уже пришли и даже поужинали, сейчас отдыхают. Впрочем, у вас самый дальний участок, так что неудивительно.
— Ого! Они прям так заранее пришли? — удивилась Сарада. — Все нормально у всех, надеюсь?
— Ага, — ответил мужчина. — Просто дорога не столь длинная была. Давайте ужинайте, потом расскажете, что вы сделали.
Не заставляя повторять дважды, голодные куноичи бросили сумки на стулья, помыли руки и направились к холодильнику, где лежал их ужин, который предстояло погреть в микроволновке.
Поужинав и отчитавшись перед Саем, девушки разошлись по своим комнатам — настало время вечернего отдыха и усталость давала о себе знать. Сарада решила сходить в душ, чтобы освежиться после физической работы и расслабиться.
«Интересно, что сейчас делает Чочо?» — размышляла Учиха, стоя под горячей струей воды. — «Уже начала применять свое секретное оружие? Нет-нет-нет!» — она яростно замотала головой — «Я не хочу ничего об этом знать! А ведь придет и расскажет, я уверена… Вот засада… Теперь я понимаю, что пока она одержима Иноджином, я не смогу с ней нормально общаться… Ведь если я стану перетягивать одеяло на себя, то ей будет больно, а если я отступлю, что я, кстати, и делаю, и она будет делиться со мной всеми своими успехами, то мне тоже будет несладко… Придется лицемерно улыбаться и делать вид, что со мной все отлично. Ох, как сложно жить! Для нашей дружбы есть только одно спасение — либо я, либо она утрачиваем к нему интерес. Я пытаюсь, Чочо, но не получается. Я очень хочу спасти нашу дружбу, хочу искренне улыбаться тебе и радоваться. Но когда ты достаешь этот чертов афродизиак и заявляешь о своих намерениях, то как я могу? Как я могу, если сердце болит?»
Закончив с водными процедурами, девушка, продолжая предаваться тяжелым мыслям, вышла в коридор и направилась в сторону своей комнаты, но тут случилось непредвиденное. Внезапно погас свет и Учиха оказалась в кромешной тьме, подобно кроту в земляном тоннеле. Не успев сообразить что к чему, Сарада почувствовала удар и, потеряв равновесие, оказалась на полу.
— Кто здесь? — Учиха активировала шаринган.
— Свои, — раздался голос от которого у Сарады замерло сердце, а по телу побежали мурашки. — Прости, я тебя не заметил. Кажется, пробки вышибло. Ну, ничего, сейчас мы это исправим. Юки!
В ту же секунду глаза находившейся поблизости рыси-марионетки загорелись ярким светом, подобно прожектору.
— Вставать не собираешься? — с легкой улыбкой осведомился парень, глядя на девушку, которая словно находилась в прострации.
Учиха опомнилась и, тряхнув гривой мокрых волос, гордо поднялась, игнорируя протянутую ей руку.
— У тебя все в порядке, Сарада? — удивленно спросил Иноджин, озадаченный подчеркнутой неприветливостью куноичи.
— Да, — глухо ответила обладательница шарингана. — Просто это было несколько неожиданно.
Тут свет в коридоре вновь появился.
— О, быстро как. Наверно отец сделал, — высказал предположение юноша, глядя на собеседницу своими бирюзовыми глазами. — Ладно, тебе наверно надо идти просушить волосы, а то можешь заболеть.
— Угу.
Учиха уж было устремилась к двери своей комнаты, как вдруг Иноджин совершенно неожиданно заявил:
— Заходи через час ко мне, разговор есть.
— Что еще за разговор? — Усилием воли Сарада старалась сохранять в голосе хладнокровие.
— Заходи и узнаешь, — бросил в ответ блондин, разворачиваясь и направляясь в сторону кухни. — Юки, идем.
«Блин, о чем он хочет поговорить?» — мысленно спрашивала себя Учиха, слыша, как стучит ее сердце. — «А ведь он даже не дождался моего ответа… И что же мне теперь делать?»
Комментарий к Глава 6. В Лесу смерти. День первый.
Арт к главе (Сарада и Химавари) https://m.vk.com/wall-173106207_42
========== Глава 7. После работы. ==========
Решив поразмыслить об этом в комнате, Сарада удалилась к себе. Однако как следует подумать ей не дали. Буквально через минуту после того, как Учиха устроилась в своей кровати и начала расчесывать мокрые волосы, дверь распахнулась и на пороге возникла Чочо.
— Сарада, все очень плохо! — Толстушка бросилась к подруге и, уткнувшись ей в плечо, горько заплакала.
— Что случилось, Чочо? — обеспокоенно спросила Учиха, прижимая Акимичи к себе. — Почему ты плачешь?
— Он сказал мне, что я жирная!
— Как грубо! — с негодованием воскликнула Сарада. — Ты не жирная, а упитанная. И многим парням это нравится!
— Только не ему! — Чочо продолжала всхлипывать. — Он считает меня не девушкой, а куском сала…
— Он что так прямо и сказал?!
— Нет, это я утрирую. Но он явно дал мне понять, что я толстая. Он иногда говорил мне об этом в детстве, но тогда все было совсем по-другому. А сейчас это просто катастрофа!
— Что, прямо на задании? — с грустью в голосе осведомилась Учиха.
— Да, — сквозь слезы ответила Акимичи. — Я так расстроилась, что даже не поужинала!
— Бедная моя Чочо… — Сарада гладила шоколадные волосы подруги, искренне ее жалея. В эти минуты она не думала о соперничестве и всех вытекающих проблемах. Учиха сочувствовала своей милой толстушке, размышляя как бы ее утешить.
— Решено! — внезапно воскликнула Акимичи, отрываясь от подруги и вытирая заплаканное лицо. — С этого момента я начинаю худеть!
— Худеть? — с некоторым удивлением переспросила обладательница шарингана, зная о чрезмерной любви Чочо к еде.
— Именно, — кивнула головой темнокожая. — Что, Сарада, думаешь, силы воли не хватит?
— Нет-нет, я в тебя верю. — Учиха положила руку на плечо Акимичи. — Чем бы в итоге дело не обернулось, в любом случае от этого будет польза!
— Нет, — толстушка лихорадочно завертела головой. — Дело должно обернуться как надо, иначе все зря! Сарада, ты ведь веришь, что все получится?