Словарик:
Клеопатра - последняя царица эллинистического Египта (период в истории Египта, начавшийся с вхождения в состав державы Александра Македонского; столицей эллинистического Египта стала Александрия. Эллинистический Египет просуществовал с 332 по 30 годы до н.э. вплоть до завоевания Октавианом Августом, после чего стал провинцией Римской империи). Наиболее известна своей красотой, историей любви к римскому полководцу Марку Антонию и неоднозначной смертью - по одной версии она сама покончила с жизнью, выпив яд; по другой ей передали корзину фиг, в которой пряталась змея, египетская кобра, которая ее и укусила.
Эхнатон - древнеегипетский фараон из XVIII династии, известный как самый гуманный фараон. Отец Тутанхамона. По некоторым версиям считается, что Эхнатон и его будущая жена Нефертити были знакомы почти с самого детства. После свадьбы фараон забыл про свой гарем и никуда не отпускал свою жену, прилюдно советовался с ней и всюду появлялся вместе с женщиной. Нефертити слыла одной из самых красивых женщин во все времена Древнего Египта. Царица родила фараону шесть дочерей. Считается, что именно она также воспитывала сына Эхнатона от другой жены - юного Тутанхамона.
Ра - древнеегипетский бог солнца, верховное божество.
Амон - древнеегипетский бог черного небесного пространства и воздуха. Позже во времена Нового царства (примерно 1550 - 1069 года до н.э.) его стали называть и богом солнца - Амон-Ра. Считался покровителем египетских Фив.
Легенда, рассказанная Петром о Рамзесе II и Нефертари, - одна из реально существующих легенд о знакомстве и любви фараона и царицы.
Сети I - фараон из XIX династии Древнего Египта. Отец Рамзеса II. Именно с него начинается период новых побед Египта, продолженный его сыном.
Абу-Симбел - скала на западном берегу Нила, в которой высечены два древнеегипетских храма во времена правления Рамзеса II. Первый большой храм был воздвигнут в честь самого фараона и посвящен богам Амону, Ра и Птаху (древнеегипетский бог правды и порядка, творец мира и бог мертвых). Второй храм, поменьше, был воздвигнут в честь первой жены Рамзеса II, царицы Нефертари, и посвящен древнеегипетской богине неба, любви и материнства Хатхор.
Гипостильный зал в Карнаке - главная колоннада храмового комплекса в пределах храма Амона-Ра.
Всегда ваша Евгения.
Глава пятнадцатая
Вечером она ввалилась в номер совершенно истощенная. Ощущение было, будто по ней несколько раз проехались катком. Сил не осталось даже на то, чтобы спуститься вниз и поужинать, поэтому она ограничилась душем и легла в постель с оставленной Ольгой плошкой ягод.
Интересно, подруга вообще сегодня вернется?
Хотя, вряд ли... Нужно было знать Олю. Как бы она не отрицала свою симпатию к Роме, что бы ни говорила о том, что он для нее слишком несерьезный и тому подобное, окружающих не обмануть.
Вспомнив об этом, она вновь вернулась мыслями к Пете.
Может, стоит поговорить сейчас? Пока рядом нет ни студентов, ни коллег, которые снова прервут их в самый неподходящий момент.
Думала она недолго – ровно две минуты, пока одевалась.
Странно, но за все то время, что они уже провели в Греции, ни один из них не заходил к другому в номер. Они встречались в ресторане, на раскопках, ходили гулять, но в жилые комнаты не заходили. Почему-то это было первой мыслью, о которой она подумала, выйдя в коридор гостиницы. Убиравшая в соседнем номере горничная приветливо ей кивнула, и Алиса машинально улыбнулась в ответ, поднялась на два этажа выше, помедлила перед закрытой дверью.
А потом коротко постучала.
Петр открыл тут же, словно только ее и ждал. Молча посторонился, впуская ее в комнату, запер дверь и прошел мимо нее в спальню. Алиса же остановилась в дверях, глядя на представший перед ней беспорядок круглыми глазами.
Одну стену полностью покрывали какие-то записи, приколотые кнопками разных цветов. В центре красовалась копия карты Беотии, на которой на раскопках они отмечали все найденные улочки и жилые помещения. Рядом с ней расположились набросанные от руки заметки, фотографии старинных документов, длинные списки, написанные на древнегреческом или латыни. Возле кровати на журнальном столике возвышались неровные стопки книг, из которых, как иглы дикобраза, торчали закладки. Раскрытый ежедневник отдельно притягивал к себе взгляд, заложенная между страниц ручка не давала ему закрыться, и можно было заметить внутри разноцветные наклейки и сделанные маркером пометки. На ближайшем кресле скопились футболки за несколько дней, спинку кресла укрывала пара рубашек.