Так что ей теперь, останавливать всех мужчин, которые носят бижутерию? Да под такое описание подойдет половина всей планеты, даже ее таксист!
Упомянутый водитель как раз повернул налево и остановил машину. В окно Алиса увидела табличку Халкидского музея.
Нет, все, хватит. Об этом она подумает позже. Довольно с нее этих видений и поисков по типу «пойди туда – не знаю куда».
Музей встретил ее долгожданной прохладой. Прилипшая к спине рубашка почти тут же подернулась холодной пленкой, отчего по коже побежали мурашки, и она поежилась. Редкие посетители из числа туристов смерили ее недовольными взглядами.
Дойдя до служебных помещений, она свернула к информационной стойке, постояла, ожидая сотрудника, и, когда подошел совсем молодой парнишка, дружелюбно улыбнулась.
- Я запрашивала допуск в архив. Документы и судовые журналы, в особенности Халкидский судовой журнал.
- Да, господин Авгеропулос велел вам все показать. Пойдемте за мной.
Пока они спускались, Алиса успела узнать, что протеже Костаса зовут Никос, что нынешняя экспозиция музея – одна из самых интересных и популярных и посвящена мифологии близлежащих островов, а те документы, которые попросила осмотреть археолог, являются чуть ли не гордостью всего музея.
В помещении архива было холодно, от сухого воздуха с запахом старой бумаги защипало в носу. Пройдя между стеллажами, Никос деловито свернул за угол, приглашающе махнув Алисе в сторону стола и уставившись на полки. До нее долетел тихий шепот.
В ожидании она снова вернулась мыслями к увиденным событиям. Что-то подсказывало ей, что в этом видении есть какой-то ключик к ее поискам, но ответ ускользал, словно вода сквозь пальцы. Поэтому когда Никос с громким шумом положил перед ней коробку с нужным документом, она вздрогнула от неожиданности.
- Простите, – виновато улыбнулся парнишка. – Здесь Халкидский журнал, а вот здесь, – он указал на еще одну коробку, – прочие документы за тот же период. Тут в основном копии, сами понимаете, бумаги старые. Если еще что-то понадобится, зовите обязательно.
- Непременно, – ответила на улыбку Алиса.
Оставшись одна, она встряхнулась, поморгала, приходя в себя, и потянулась к коробкам.
Время потянулось незаметно. Тишину в помещении нарушал шелест страниц, скрипела шариковая ручка в женских пальцах. Стопка просмотренных документов росла, и, отложив в сторону коробку, она раскрыла папку с судовым журналом. Его она оставила напоследок.
Собрать мысли в кучку никак не получалось, буквы, как назло расплывались перед глазами. Тяжело вздохнув, Алиса помассировала виски, взглянула на сделанные записи. Сведений было мало, но кое-какие факты подтверждали местоположение найденных руин города.
А вот про акрополь нигде не было ни слова. Это казалось странным: священный холм, да еще с храмом должен был фигурировать в бумагах в первую очередь. Впрочем, Алиса искренне надеялась на Халкидский журнал. Раскрыв папку, она вооружилась пинцетом и аккуратно перевернула ветхие страницы. К папке были подшиты качественные фотографии всех страниц, но ей хотелось увидеть все своими глазами.
Записи оказались краткими, скупыми на описания. Но оттого не менее интересными.
Триста пятьдесят восьмой год до нашей эры. Сильнейший шторм у берегов Анфедона вынудил корабль остановиться в его порту. По обе стороны пролива моряки обнаружили два города, словно зеркально отражающих друг друга. Анфедон был полностью торговым городом, его брат-близнец – ремесленным. Но больше всего капитану запомнился акрополь, благодаря которому моряки вообще заметили землю в шторм.
Далее шли заметки по торговым точкам. Пролистав фотографии до конца – трогать древний документ Алиса все же побоялась, она внимательно просмотрела каждую строчку и устало откинулась на спинку стула. Со страниц блокнота на нее смотрел обновленный план города.
Завтра нужно будет обязательно проверить каждую метку. И осмотреть акрополь. Судя по записям, моряки собирались принести подношения богам, но что-то там не сложилось. Любопытно, почему?..
Поднявшись на ноги, Алиса размяла затекшую шею, аккуратно собрала бумаги в коробки и нажала кнопку вызова сотрудника. Часы показывали ранний вечер. Работы на раскопках наверняка подходили к концу, но на душе отчего-то стало неспокойно. Перед глазами резко стало темно, в груди перехватило дыхание, и она ухватилась за стол, только чтобы не упасть.