Они отошли чуть в сторону. Музыка сменилась на традиционный греческий мотив, и, галантно поклонившись, Костас осторожно приблизился и положил руку ей на талию.
- Тебе просто захотелось потанцевать или тут что-то другое? – тихонько подколола его Алиса. Мужчина фыркнул.
- И то, и другое. Но слушать твоего коллегу – это сущее наказание.
- Он всего лишь не любит, когда кто-то ставит под сомнение его слова. Звереет моментально.
- Да он и в остальное время тот еще зануда. Удивляюсь, как ты с ним работаешь, он же кого угодно с ума сведет.
- Так мы и с тобой неважно начали, помнишь?
Костас тяжело вздохнул, качая головой.
Когда ему сообщили, что вместо заболевшего Борщевского из Москвы приедет другой археолог, а в паре с ним еще и историк, он представлял кого-то, похожего на Афанасия Борисовича – тяжелого мужчину с широким лицом, седой бородой и круглыми очками. А вместо этого увидел совсем молодую девушку – даже девчонку.
Кто бы отреагировал иначе?
Конечно, первым делом он поставил под сомнение степень ее квалификации. Первые дни она тщательно вникала в проделанную работу, рассматривала карты и местность и о чем-то совещалась со своим историком, пока Костас следовал за ней на каждом шагу и не переставал повторять, что Борщевский был мастером своего дела, а ей без такого опыта здесь делать нечего.
Спустя пару дней после приезда Алиса велела расширить изучаемую зону почти на десяток метров севернее – и к вечеру того же дня его собственный сотрудник с георадаром нашел на новой границе следы внешней городской стены.
С тех пор ему пришлось посмотреть на хрупкую брюнетку новым взглядом.
Алиса засмеялась, наблюдая за ним, и он ответил тем же.
- А если серьезно, как вы с ним познакомились? – все же настоял на своем Костас. Из-за его плеча Алиса быстро посмотрела на сидевших за столом. Рома что-то рассказывал, не сводя глаз с Оли, Агап откровенно скучал, а Петя слушал вполуха, все чаще поглядывая на танцующую пару.
- Меня отправили на раскопки в Крым, а его пригласили туда же в качестве еще одного историка. У нас сложился неплохой тандем.
- Что, и трудностей не было? С таким-то человеком?
- Немного, – призналась с улыбкой Алиса. – Он меня воспринял примерно как ты. Ученые и преподаватели вообще немного не от мира сего, будто никого умнее их не существует. Пришлось доказать ему, что он немного не прав.
Костас тоже заметил недовольный взгляд Пети, которым тот как раз их одарил, и слегка прищурился. Неясная догадка забрезжила где-то в сознании – уже не в первый раз.
- И вы с ним... Вы просто друзья и коллеги? – Алиса удивленно вскинула брови, и он неопределенно дернул плечом. – Вы постоянно вместе, а мои ребята частенько на тебя заглядываются. Я не мог не заметить.
- Всегда знала, что греки донельзя прямолинейны, – совершенно серьезно ответила девушка и, не выдержав, прыснула. – Нас в Москве часто об этом спрашивают. Нет, мы просто друзья. Действительно хорошие друзья.
Костас кивнул, спиной чувствуя мужской взгляд. А потом вдруг улыбнулся.
- Хорошо.
- Хорошо?
- Не придется думать, что я кого-то оскорблю, если позову тебя завтра на ужин.
С ответом Алиса даже растерялась.
Их отношения нельзя было назвать близкими. Просто приятели и вынужденные коллеги – особенно в самом начале. Но теперь...
Все же он был довольно приятен – как внешне, так и в общении. С ним было интересно, пускай и не так легко, как с Олей или Петром. В отличие от них Костас по большей части молча судил человека по делам и лишь иногда действительно открывался. В такие моменты это был интересный мужчина с широким кругозором, сформировавшимся мировоззрением и твердыми убеждениями.
Кроме того, по-своему он был даже красив – высокий, крепкий брюнет с четкими чертами лица, и единственным его недостатком Алиса могла бы назвать лишь квадратную нижнюю челюсть. Из-за густых бровей окружающим часто казалось, что он злится, и взгляд ледяных голубых глаз этому только способствовал. Однако улыбка у него была открытая, отчего образ недовольного человека моментально рассеивался.