Оставляю стакан в покое. Стакан стоит на столе. Электричество просыпается. Я прошу себя удерживать связи и нити себя с предметами вокруг, шарю глазами по комнате.
В кафе одновременно двигается несколько людей. Движения движений основаны на связях предметов с предметами. Текст, который является созданием моего представления о внутренностях этого здания, в данную секунду появляется. В данную секунду, в данности которой одновременно двигается несколько людей, которые двигают остальные предметы во внутренностях этого здания. За рамками здания двигаются остальные прерогативные предметы, движения которых невозможно в комплексе запечатлить в данную секунду в этом тексте. Можно описать общим предложением - все двигается одновременно, все одновременно стоит. Движение относительно одного предмета к другому. Я иду в туалет. Туалет идет ко мне. Согласно меня, я иду. Согласно внеобъективного взгляда сверху, туалет идет ко мне, а мое тело всего лишь передвигает ноги. Шаг один. Шаг второй. Стакан остается стоять, туалет двигается к стакану, или я отдаляюсь от стакана, двигаясь к туалету.
За каждый предмет и идею можно зацепиться и описывать вечные описания. Такая вариативность и публицистичность данного текста, когда электричества нет. 475 слов из ничего. 479 слов из ничего. Если ты хочешь подтвердить то, что 489 слов сделаны из ничего, тебе приходится создавать еще 4 слова. Пустота сама порождает внутреннюю пустоту, а ты лишь мерило, относительно которой пустота двигается. Трезвость ума дает возможность нарицательно пользоваться словами и не боятся представлений о них. Создавая из пустоты вещи - вы порождаете пустоту. Сквозное предощущение пустоты создает взрыв. Ваше несуществование порождает взрыв. Ваше неявление порождает собой явление Христа. Только ваше существование являет собой то, что в данный момент видите и ощущаете вы. Кто вы в итоге?
Я сидел за столом и просто писал буквы. Предыдущее предложение написано уже в прошлом, то есть момента уже нет. Но я в данном моменте и повторюсь - я сижу за столом и просто пишу буквы. Если размазывать прошлые картинки с данным моментом, данной секундой, и размазать грань со своим представлением о будущей секунде - единое время является слышите проповеднический тон самому смешно хочется извиниться ничего не могу с собой поделать пишу пишу буквы вот такой я сижу за столом стыдно нет простоты нет пустоты только буквы буквы я хочу художественности стихов любви. Но зачем? Какой будет результат результата, если я опрокину мир и встану во главе всего существования себя и моей телесной души? Куда обратиться мне, если буквы, которые я пишу, я не пишу, а просто пишу и нажимаю. Стакан остается стоять на столе. Предметы двигаются в комнате, описательные действия вытекают, не останавливаются, замедляются с точки зрения моего взгляда, ускоряются, с точки зрения моего взгляда, но каким образом создавать творение, если ты не можешь объективно видеть, но только сквозно чувствовать а почему сквозно чувствовать не является единым виденьем или видением, если ассоциации бредовые сами по себе и ты лишь буквами, как звуками, буками, суками, простыми повторениями, рвениями, стихами, стаканами, собой, описываю себя через игру на инструменте.
Я не могу относиться к своим стихам серьезно.
Мысль, что я поэт -
Глупая и беспочвенная.
Для меня рифма, как игра на инструменте,
Сама рвется, как болезнь легочная
Вдруг в тебе пробудилась.
И врач, склоняя набок плешивую голову,
Пишет в тетрадь.
"Смолоду,
Чего только не бывает, правда?"
И ты подтверждаешь, постоянно киваешь,
И еще минуту назад был здоров,
А теперь абсолютно,
С ног до головы и изнутри
Болен.
***
Алкоголь дает мне возможность плыть сверху своего тела. Наблюдать за собственными глазами и переворачивать замедленные картинки сверху вниз. Давайте попробуем писать? Итак, я расслабляю руки. Выпускаю модерновый (ахахааахахаха) пустой поток алкоголя (полтора литра пива).
Пиво стоит на столе, я стою на столе, я словно пою песню, вот почему под алкоголем поют песни, я сижу на стуле, пиво стоит рядом, в комнате говорят по телефону, вот вам пьяный поток сознания, который хочется петь, который хочется слышать, остановился. Ставлю точку и в конце предложения поставлю точку и после этой точки моя рука тянется (слышите замедленность) к стакану и пьет глотками, рифмы, песня, оттягиваю точку, буквы как строчки, строчки как полотно, это оно, глоток.
Каждый абзац глоток. Мысль, которая посетила меня, когда я делал этот глоток. Осмысление сюжетов ни к чему не ведет. Что будет, если осмыслить момент. Абсолютная пьяная трезвость, будет ли этот текст иметь хоть какой-то значение, буду ли я иметь значение, или буду умирать, во плоти, во душе, отчаянно верить в себя и в славу себя, что тебе нужно, чтобы тебя услышали, чтобы тебе поверили, если собираешься вести за собой, веди за собой, а ты второй, или третий, здание укреплять, твоя цель, твоя цель, на абордаж не звать, буквы писать, строчки писать, слово строчки идут за буквами, пиши пьяным, редактируй трезвый, верно ли правило или нет, о чем еще думать, о чем ты думаешь?
Я - это Я. Что еще сказать. Словно стихи писать. Словно пьяный идешь. Словно пьяный стоишь. Врешь. Всем. О том. Кто ты. И кто мы. И успокаиваешь. И буквы идут. И статистика документа течет. И ты слово маяк, словно строки идут, невпопад, но заплатят тебе где-то в будущем там, за них, за тебя, купят душу твою, сколько стоит твоя душа, пьяный бред, не спеша, голову на плаху, просто слова, ассоциации, вот такой я, без прикрас, без людей, без мнимых себялюбимых мыслей, вот все мои себялюбивые мысли, там ошибся, тут исправился, ошибку не исправил, слова могут как река как река, придешь ли ты сюда, начав читать с первого слова сквозь, если пришел, спасибо, за что, за то, что веришь, в то, что я, хоть как-то оправдываю, себя.
Сюжета нет. Я не сюжет. Моя жизнь не сюжет. Слова текут, слова сливаются, слова приятное ощущение того, что ты удалил с этого текста имена всех твоих писателей, чтобы быть одним, чтобы быть единым, такое вранье, подсказанное тебе самими писателями, в комнате закончили говорить по телефону, скоро закончатся слова пьяные, ты будешь спать, все будут спать, ты возьмешь в руку телефон, откроешь то и это, закроешь то и это, подушка в тебе и ты, в подушке, и глоток.
Рисовать картинку абстракцией. Словно форма имеет значение. Я против формы. Я против формы. Я против формы. Мне не нужна форма. Этой мой протест. Мне нужна душа. Я устал от ваших концепций. В сквозь нет концепции. Это моя душа. Если я вам не нравлюсь, это все равно я. Мне плевать на ваши анализы, мне плевать на свои анализы, я пою, я пою, я пою, я словно парю. Парю. Парю.
Предпоследний глоток пива. Я сижу на стуле. Говорить, что у меня голове - игриво (слово ради рифмы, а получилось ради сути). Мой предпоследний глоток, поток. Мой идиотский вид. Вид. Сигареты на окне. Улетают сигареты. Словно жизнь и смерть. Летом. Летом. Нет сил писать слова. Потому что слов нет. И словно ты игра. А игры - нет. Нет - ответ. Твой ответ - нет. В чем заключааааааеееееетссяяя сеееекккррреееееееееет?
В стакане нет пива. Сейчас допишу абзац. Открою холодильник. И в раз. Налью пива. И будь что будет. Твою руку мац. Мац. Глупая рифма. Без пииииииииииваааааааа.
Только что был в комнате. Целовал жену. Целовал тебя. Целовал. Ты целовала меня. Это книга не про тебя, хотя благодаря тебе. Дальше все и вокруг. В нас. Во мне. В тебе. В них. Во всем. Что ты хочешь. У тебя будет. Все. Что только. Ты пожелаешь. И этоТт абзац. Мое обещание всего как и всегда. Пусть будет. Я. Люблю. Тебя. Всегда.
Вернулся в кухню. Вызывать ток алкоголем - верный признак? Вдохновение? Размытость мозгов? Как текст стал таким? Как я стал таким. Поры выкурить рок-сигарету.