Немного отдышавшись, стала пробираться ко входу в колонию с другой стороны. Я оказалась на достаточно далекое расстояние от своей изначальной позиции. В этой части периметра, я не наблюдала никого. Видимо все уже отступили вглубь лагеря. Никто из ржавых башен не отстреливался. Вскарабкавшись по скале смогла наглядно оценить масштабы сражения и поражение защитников этой части. Скалистая долина вдоль дороги была усыпана телами.
Синтетики, пробираясь к лагерю, добивали редких раненых и шли как ни в чем не бывало. Но самое интересное, я заметила среди них живого — одну азари. Она держалась в тылу, и, кажется, отдавала приказы. Хм… Командир, значит. Вот кто может знать ответы.
Посмотрим, на что способна ваша биотика. С такими мыслями я прокручивала в голове варианты предстоящего боя. Имелась одна маленькая проблемка. Рядом с ней шли два шагающих танка с полным сопровождением. В добавок к ним имелся крупный гет уникального окраса. Он был окружен щитом и вооружен внушительнее чем остальные геты. Вокруг них летали эти мерзкие маленькие дроиды.
Надо что-то придумать, нельзя упускать такой шанс. Колонисты долго не продержатся, если этот отряд ворвется внутрь.
Пока я размышляла, со стороны лагеря на всех парах вылетел знакомый транспорт — Марс II?! Но что он собирается сделать?!», — ужаснулась я, посмотрев куда он держал курс, а именно, прямо на эти танки. «Это самоубийство!», — крикнула в мыслях безумцу, не в силах вмешаться. Вездеход не думая сбавлять ход, давил попавших на его пути солдат. Геты изрешетили его корпус, но ему оставалось несколько метров до танков, как в него с боку прилетела ракета. Машину отбросило в сторону, и он на полной скорости перевернулся по земле несколько раз.
Какой сумасшедший решился… Не закончила свою мысль, как огромный взрыв заглушил мои мысли. Транспорт, похоже, был начинен взрывчаткой или топливом. Колонисты имели некоторые запасы взрывчатки для работ… Черт! Оглушительная волна от взрыва пронеслась по всей долине колонии. Когда дым немного рассеялся и вся пыль спала на землю, я разглядела оставшихся гетов. В строю остались ракетчики, тот гет со щитом и азари. Танки прикрыли свои пехотные силы от взрыва, но сами теперь мало на что годились.
Это был мой шанс. Тут же спрыгнув вниз, быстрым шагом направилась к азари. Первыми меня заметили дроиды. Они что-то пропищали и весь отряд гетов развернулся в мою сторону. Так, это действительно командир. Они начали окружать мое местоположение.
Поступлю, как уже делала чуть раньше. Я сконцентрировала Силу вокруг меня. Каждая песчинка отзывалась на мой зов и поднималась в воздух, постепенно подхватываемая вихрем. Маленький смерч усиливался с каждой секундой, с каждым порывом ветра. А, как известно, Ферос крайне ветреная планета, и для песчаной бури нужен был лишь толчок.
Внезапное изменение погоды заставило гетов растеряться на долю секунды. Обзор ухудшался одновременно с усилением ветра, песчаная буря сводила на нет любой визуальный контакт дальше чем на пять метров. Это подравняет наши шансы. Я вспоминала свои тренировки с закрытыми глазами. «Доверься своим инстинктам, доверься Силе. Глаза иногда могут обманывать», — как учили мастера.
Я закрыла глаза, отдаваясь во власть Силы. Видение через Силу всегда выбивало меня из привычного русла. Мир вокруг становился, как бы сказать, неосязаемым, и я в том числе. Будто я окуналась в бездонный океан. Пули просвистели близко, и резкая боль осадила мое где-то в боку. Через Силу я слегка изменила структуру молнии, делая её похожей на лезвие. Искрящаяся от разрушительной Силы, она окутала мою руку от локтя до кончиков пальцев. Адреналин постепенно терял свой эффект и усталость начала накрывать с головой. Времени оставалось меньше и меньше.
В этой гуще пыли первой наткнулась на обычных солдат. Кто бы сомневался. Их шаги не услышал бы разве что глухой. Я могла поклясться, что слышала, как звучат их программные схемы внутри их металлических конструкций. Лезвию молнии, конечно, далеко до светового клинка, но оно неплохо справлялось со своей задачей — кромсать синтетиков изнутри. Их внутренние компоненты сгорали, пока на внешнем корпусе оставался лишь слегка обожженный след.