Робко-робко, как пробные шаги или тайные вздохи, то тут, то там раздавались вокруг посторонние космическому покою звуки: щелчки, стуки, свист…
Гость прислушивался: люки рабочих отсеков один за другим рапортовали о готовности бравым писком кнопок. Дошла очередь и до заветной торцовой двери. Обнадёживающе засопела герметика, и ещё недавно безжизненная кнопка приглашающе загорелась зелёным.
– Так-то лучше, – проворчал гость.
– Кому лучше?! – пропищали в ответ. – Что вам здесь нужно? Предупреждаю, сейчас придут операторы и вас обесточат!
– Хм… – колёса медленно развернули платформу вокруг своей оси, и гость внимательно огляделся по сторонам. Если бы сюда действительно пришли операторы, то сейчас, в ярком искусственном свете они бы сразу отметили его «глаза» – два криво нарисованных овала на боковой панели весьма примитивного корпуса. Глупо было бы думать, что именно ими странный пришелец смотрел на мир, но кто знает, корпусом-то он зачем-то вертел. Да и на дверь с зелёной кнопкой, откуда доносился голос, уставился после очередного поворота именно этими глазами.
– Титановый корпус, ядерный реактор, скобы на стенах… – перечислял гость очевидное. – Всё это говорит о производстве начала века экспансии. Неужели ранний искусственный интеллект? Или всё же имитационная игра?
– Вы мне зубы не заговаривайте! Вы здесь зачем? Вы кто? – рассердилась кнопка.
– На данном отрезке жизни тружусь спасателем двадцать пятого квадрата. То есть, если быть точным, то волонтёром-спасателем. А вообще-то я архивный робот. Архивариус.
Внимание по Второму Лунному Производительному! Да куда же все запропали?!
По корпусу корабля пробежала дрожь, перешедшая в вибрацию.
– Неужели второй реактор? – удивился Архивариус и тут же объяснил свой вопрос кнопке: – Не могу найти в каталогах ваш звездолёт. Он не транслирует позывных, бортового номера не имеет, поискового маячка я не улавливаю…
– Это потому, что мы не звездолёт, а завод робототехники. Второй Лунный. И нас не нужно спасать.
– Вот как?! Завод? И что же вы производите?
– Жуков ремонтников для космической промышленности.
– С выключенным реактором?
– Не говорите ерунды! – кнопка красноречиво хмыкнула. – С выключенным реактором мы бы давно упали на Луну.
Робот Архивариус крутнулся на месте и пробубнил своей скороговоркой, что, судя по интонациям, имитационной игрой здесь не пахло. Здесь были яркие эмоции, которые он понимал именно потому, что самолично испытывал похожие, благодаря своему экспериментальному психотипу. Слово «экспериментальному» он повторил несколько раз.
– Была бы Луна, – его слова прозвучали примирительно, – вы бы на неё обязательно упали. Мне не хочется вас огорчать, уважаемая кнопка, но солнечной системы больше нет…
– Никакая я не кнопка! Не понятно, что ли? Других динамиков в коридоре просто нет, а по внутренней сети вы меня не услышите.
Меня вообще никто не слышит. Мне бы заняться ремонтом коммуникационных систем вместо болтовни с архивными роботами. Солнечной системы у него нет, ишь ты! Спасатель, а мозгов как у пластины третьего уровня! Стоп!
– Разрешите уточнить, робот Архивариус, как давно вы нас спасаете?
– Около стандартного часа.
Вон оно что! Ясно теперь, почему все молчат!
– Вы очень хороший спасатель, робот Архивариус, вы эвакуировали орбитальное производство с опережением нормативного графика!
Но пришлый робот отчего-то возразил: – Я не очень хороший спасатель, уважаемый собеседник. И я совершенно запутался. Судя по предположительному году выпуска, вашему объекту полагается управляться людьми, а не искусственным интеллектом. Однако в вашем лице я вижу исключение из этого правила.
Кнопка рассмеялась, и гость в очередной раз пробубнил себе под нос что-то про невозможность имитационной игры.
– Я, конечно, выручаю людей, чем могу, но я всего лишь жук. Ремонтник. Киборг. Работаю с неполадками на станции. Иногда помогаю с молодёжью. В общем, по мелочам. А управляют комплексом люди, тут вы правы.
– И где они сейчас, эти люди?
– Там, куда вы их эвакуировали, разве нет?
Архивный робот снова крутнулся вокруг своей оси, бормоча околесицу про предстоящий тяжёлый разговор, и спросил: – Разрешите уточнить, к каким системам вашего космического производства у вас имеется доступ, уважаемый киборг?
– Вообще-то меня зовут Рыжик, – смягчился голос, доносящийся из кнопки. – Потому что я жук-бородавочник без бородавок. А доступ… Я пока не понял, но я быстро учусь, и если вы немножечко подождёте, то я постараюсь ответить на ваш вопрос, уважаемый архивный робот. Вы ведь не спешите?