– Она же живая, – шмыгнул носом Сергей, у которого обида уже успела подступить к глазам.
– Растения не чувствуют боль, потому что у них нет нервов, – деловито прокомментировал Вадим и сразу становилось понятно, что кто-то из его родных имеет отношение к медицине.
– Да? – ещё раз шмыгнул Сергей и удивлённо уставился на веточку, видимо, всё же пытаясь разглядеть эти самые нервы. Ведь бабушка говорила, что деревца и цветочки живые, что им больно, если их срывать, вот Сергей и пытался посадить найденную ветку, чтобы ей не было больно, и она вновь стала бы живой.
– Мама мне сказала, что берёзки вырастают из семян, – Вадим раскопал небольшую ямку и вставил в песок свою половинку берёзовой веточки. – Только тополиные веточки могут пустить корешки, мы с мамой поставили одну в баночку с водой, потом посадим на балконе! – Вадим кивнул на веточку Сергея: – Втыкай свою рядом, пусть побудут для красоты, пока не завянут.
Сергей вкопал в песок свою половинку.
– Я не видел тебя в нашем дворе, – Сергей шмыгнул носом в последний раз.
– Мы недавно переехали. Папа починил какой-то шишке лицо, и нам дали здесь квартиру, – Вадим стряхивал песок с ладоней.
Сергей кивнул, хотя ничего из сказанного Вадимом он не понял: разве у шишки может быть лицо, и вообще, как это – починить лицо?
– Меня зовут Серёжа, а тебя как?
– Вадим.
– Давай дружить, – предложил Сергей.
– Давай! – Вадим взял Сергея за руку. – Пойдём лучше в альпинистов поиграем. Вон те лестницы будут горой, а мы будем её покорять! Я вчера в кино видел! Это дело для настоящих мужчин!
С тех пор они и дружили, с тех пор не могли долго находиться вдали друг от друга. Эта детская дружба поначалу удивляла родителей Сергея и Вадима – странно было, что маленькие дети настолько привязаны друг к другу.
А двум пацанам просто было интересно и здорово вместе разговаривать и играть. И когда они вступали в игру с другими детьми, то всегда были в одной команде и стояли друг за друга горой, твёрдо зная, что один другого никогда не подведёт, чтобы не случилось!
Единственной преградой был детский сад, разлучавший друзей почти на целый день – Сергей ходил в это «чудесное» заведение, а Вадим был лишён такого «удовольствия». Сергей каждое утро тащился вслед за мамой и посматривал на окно друга, в котором неизменно видел Вадима, встававшего рано из солидарности и махавшего рукой другу, понуро бредущему вдоль дома. Днём Вадим неохотно ложился спать, тоже только из-за того, что Серёжке в детском саду приходилось соблюдать тихий час.
Когда пришло время идти в школу, они конечно же оказались в одном классе… Теперь они были почти неразлучны, только вот сидеть за одной партой оказалось невозможно – мальчиков классная руководительница сажала исключительно с девочками, для порядка, чтобы не болтали на уроках. Но Вадим с Сергеем не унывали – их разлучал всего лишь проход между рядами, а это такой пустяк по сравнению с детским садом!
Ребята стремительно росли и так же быстро менялись их пристрастия – им хотелось попробовать многое. Помимо увлечения водными и зимними видами спорта, Вадим с Сергеем, последовательно, занимались фехтованием и осваивали конный спорт. Так же друзья увлекались различными науками и учениями, а однажды, после просмотра какого-то фильма, принялись заниматься испанским языком, который оказался довольно лёгким. И по совету мамы Вадима, чтобы их усилия не прошли даром, окончили курсы испанского и получили свидетельства.
Школьные годы их были насыщенными и увлекательными. Лишь после окончания школы их дороги разминулись, но не надолго: вузы они закончили разные, но с переменами, произошедшими в стране, их жизненные тропы тоже поменяли направления, соединившись в одну большую дорогу – теперь у друзей был совместный бизнес, что, однако, не мешало им уделять время непосредственно выбранным профессиям. Вадим снимался, если предлагали стоящую роль, был занят в антрепризе, а Сергей иногда занимался адвокатской деятельностью – их профессии превратились для них почти в хобби.
Сергей Мерцалов специализировался на гражданском праве и чаще всего вёл бракоразводные процессы – многие меняли себе спутниц жизни: обзаводились молоденькими мордашками, если вдруг жёны не подходили к их нынешнему статусу. И потом, стало модно иметь жену-куколку.