Вообще-то он обратился к сотруднице галереи лишь с одной целью – Вадим хотел приобрести этот портрет. Раз это произведение из частной коллекции, то вполне возможно, что хозяин «Прекрасной слушательницы» согласится продать картину.
Когда Вадим изложил свою просьбу, искусствовед кивнула, но вместо конкретного ответа завела любимую песню человека, увлечённого искусством, решив, что мужчине это будет интересно, раз он желает приобрести картину.
– Это, скорее всего, демонстрирует полёт фантазии автора, – начала женщина тоном экскурсовода. – Сами понимаете, в жизни такую красавицу не встретишь! Это больше подошло бы в качестве иллюстрации к старинным легендам.
– Почему? – спросил Вадим, с интересом рассматривая невысокую черноволосую женщину.
– Потому что такая красавица может родиться раз в тысячелетие! – уверенно отчеканила она. – Разве по улицам такие ходят? Только благодаря высококлассному макияжу большинство выглядят миловидными. Разве нет?
Вадим пожал плечами – уж она-то точно слишком ярко старалась выделить черты своего лица.
Дальше женщина продолжала в том же духе, развивая свою идею о вдохновении, посетившем художника, о возможной встрече с красивой женщиной, ярко выделяющейся на фоне остальных, что и послужило толчком к излиянию чувств на холст…
– Может быть, он даже немного влюбился и поэтому… Вы понимаете меня?
Вадим кивнул и, воспользовавшись паузой, напомнил о своей просьбе:
– Так как мне связаться с хозяином картины?
Женщина кивнула и сделала какое-то неопределённое движение ладонью – она всё помнит, но прерваться никак не может, настолько её увлекает тема «Прекрасной слушательницы» Серова.
– Эта картина всплыла неожиданно! – её глаза заблестели восторженным огнём исследователя, сделавшего ошеломляющее открытие. – Этот портрет выставлен впервые! И выставлен у нас!!!
Вадим снова кивнул. Конечно впервые! Уж он, где только не бывал, на какие только выставки не ходил… Вадим улыбнулся – женщина снилась ему не потому, что он где-то видел этот портрет, она снилась Вадиму потому, что эта женщина – его судьба. И судьба привела Вадима Аболемова к этому портрету, подала ему знак.
– Мой сын, знаете ли, учится в Литературном, он подаёт большие надежды! – брови женщины гордо вздёрнулись, а Вадим подавил улыбку, глядя на этот взлёт достоинства. – Так вот, один из преподавателей, очень хороший педагог и литературовед, – профессор! – заболел. Студенты решили навестить его. Там-то мой сын и увидел этот портрет. Я заинтересовалась – неужели подлинник? Ведь об этой картине ничего не было известно! Я связалась с профессором, мы встретились, и эксперт, которого он разрешил пригласить, определил, что это действительно Серов. Но, к сожалению, профессор болен, он неважно чувствовал себя в тот день, и я посчитала для себя нетактичным расспрашивать его об истории портрета. Мы оформили все документы для выставки, а о картине условились в другой раз побеседовать. Единственное, что мне удалось узнать – картина всегда находилась в семье профессора, вот поэтому о ней ничего никому и не было известно, а сам он человек довольно замкнутый, как мне показалось… Вот, – она отступила на шаг и склонила голову, устремив на портрет оценивающий взгляд. – Я склоняюсь к мысли, что это образ красавицы, которую никогда не встретишь, – проговорила женщина и вздохнула. – И потом, картина называется «Прекрасная слушательница»… Знаете, может быть, портрет был написан под впечатлением от прослушанной музыки.
– А может быть художник ничего не приукрасил, – Вадим смотрел на эту маленькую черноволосую женщину с мальчишеской стрижкой и единственное, чего он хотел, так это чтобы фонтан её мнений о картине иссяк, и чтобы она ответила, наконец, на его вопрос:
– Скажите, пожалуйста, как мне связаться с хозяином картины?
– Давайте сделаем так! – сотрудница галереи заговорила деловым тоном. – Как я вам уже сказала, профессор нездоров… Поэтому лучше я свяжусь с ним сама, поинтересуюсь, желает ли он продать Серова. Может быть, он и согласится…