Вадим тут же догнал её и преградил дорогу.
– Оля, – в глазах девушки он видел ужасную смесь страха и разочарования. – Оль, прости меня, я не хотел тебя обидеть! У меня и в мыслях не было!
– Пропустите меня, пожалуйста, – по краям тропинки росла довольно высокая крапива.
Вадим замотал головой и не двинулся с места. Он должен убедить её, что ничего плохого не сделает, он должен прогнать из её сердца испуг, который так явно был виден на её прекрасном лице. – «Почему она так испугалась? Неужели Олю обидел кто-то… Какой-то подонок посмел причинить ей зло! И теперь…»
Вадим осторожно взял девушку за плечи.
– Я никогда не обижу тебя… Никогда!
Но Ольга так посмотрела на него, что его руки опустились сами собой.
– Я не подхожу для этого… для этой роли! – сердце её с сумасшедшей силой билось в груди, а отзвуки его пробегали по всему телу волнами дрожи. – Зачем я вам понадобилась? На мне что, свет клином сошёлся?
– Да… Мне никто не нужен кроме тебя.
Ольга отступила на шаг – страх настолько застлал её глаза и чувства, что она уже не видела любящих глаз Вадима и не верила в искренность его слов.
– И послушайте, – она решительно посмотрела на него. – Давайте договоримся – вы ходите к Малышу по утрам, а я буду теперь по вечерам приходить! Ладно? И расписание менять нельзя!
Обойдя Вадима, и не обращая внимания на крапиву, Оля пошла домой.
Вадим, поражённый таким поворотом событий, с тоской смотрел ей вслед…
Но вдруг он улыбнулся и побежал в противоположную сторону.
Часы показывали начало десятого.
* * *
Что она любила, так это поспать. Когда Верочка проснулась, было уже двенадцать часов понедельника. Она выспалась, но настроение оставалось скверным, после сна чувствовался отвратительный осадок, на избавление от которого придётся потратить и силы и время. Верочка потянулась за сигаретами, прикурила и… вздохнула.
Было тяжело, ведь ей в очередной раз приснилось, что она занимается сексом с Вадимом. Но поскольку теперь ей необходима разрядка наяву, то придётся сегодня поискать партнёра. Она не слишком это всё любила, не очень-то хотелось вступать в контакт по нужде. Но что делать? Любимый-то недоступен!
Вера глубоко и медленно затягивалась. Необходимо было успокоиться. И она принялась перебирать в памяти вчерашний день. С того момента, как она уверилась, что вступила на финишную прямую на пути к Вадиму Аболемову, ведь события внушали надежду на успех.
Итак, она зашла в ту галерею на Неглинной улице, купила билет на выставку и принялась выуживать информацию у охранника, пустив в ход всё своё обаяние.
– Мне померещилось, или от вас только что артист вышел? Как его…
– Аболемов! – тут же отозвался охранник. – Да! Это он был!
– И часто к вам артисты заглядывают?
– Обычно на всякие мероприятия приходят, конечно. А чтобы вот так, посмотреть, это впервые!
– Что, просто посмотрел? – Вера удивилась неподдельно. Хоть она и знала, что Вадим любитель подобного, вид у него после посещения этой галереи был необыкновенно-счастливый.
– Просто, – пожал плечами охранник. – Он, видимо, неплохо в этом разбирается. Так сказала наша начальница.
– Он с ней общался? А зачем?
– Картина одна ему приглянулась… Я так понял, он хочет её купить. У нас же из частных коллекций выставлено.
– А какая?
– Ой… Как её… Короче, второй зал, и вторая она висит. «Слушательница» какая-то!
Дальше было проще, она нашла картину, попросила позвать тётку-начальницу и заявила ей, что хочет купить картину Серова «Прекрасная слушательница». Пообещав, что заплатит за полотно любые деньги.
– Как бы не пришлось аукцион устраивать!
– Ничего, надо будет – устроим! И вы без гонорара не останетесь! – «Только сведи меня с Вадимом!»