СПИСОК
негласных осведомителей Казанского губернского жандармского управления в увеселительных и злачных заведениях губернии.
20 июня 1917.
Из 112 официальных и неофициальных злачных увеселительных заведений города Казани в 59 из них негласными помощниками ГЖУ являются следующие лица:
. . .
4. Балабанов Константин Дормидонтович (по кличке Дядя Костя) содержатель подпольного заведения (притона) в Суконной слободе.
. . .
Примечание: автобиографические данные означенных лиц имеются в деле № 15/4.
Ротмистр Казимаков Б. Х.
8. Рудевич Валерий Владимирович (по кличке Тьфу) работает сторожем-вышибалой в неофициальном злачном заведении у Дяди Кости — Константина Балабанова.
. . .
11. Садретдинов Шафик Садретдинович (по кличке Башмак) работает истопником-разнорабочим в чайхане на Сенном рынке.
12. Самченов Феофан Никандрович (по кличке Бык) работает официантом в ресторане «Сибирский тракт».
А на втором листе было написано:
«Ротмистру Казимакову Б. Х.
Довожу до Вашего сведения, что вчера, 31 декабря вечером, под новый год один из посетителей заведения „Дяди Кости“, назвавшийся Семеном, просил у хозяина, чтобы тот допустил его развлечься к „звезде“, красотке Флоре. Хозяин, учитывая, что клиент под „салдым“ и еле держится на ногах, заломил тому очень высокую цену. Этот Семен-то заявил, что он чихал на деньги, лишь бы „товар“ был фирменным. Тогда хозяин затребовал с клиента деньгу заграничную, англицкую. 50 фунтов стерлингов. Требование Балабанова этот самый посетитель тут же исполнил.
Позже, также наблюдая через замочную скважину, я видел, что сей щедрый господин одарил такой же купюрой и свою избранницу. Звал ее замуж. Хвастал, что денег полно — на одной тачке не увезти.
Крамолу не разводил. Напротив, очень уж нахваливал батюшку царя Николая II и покойного Григория Распутина, дух которого вознесся в небеса к самому господу богу. Упомянул германского кайзера Вильгельма, пояснив, что он родственник русского царя. Подчеркиваю: сказал русского царя, а не нашего царя, будто иностранец. Часто произносил немецкие слова и целые выражения, особенно когда лобзал свою избранницу.
Потом, когда этот Семен уснул в кровати, очаровательная Флора обшарила его карманы и что-то спрятала под матрацем. Сей предмет проверить не удалось.
Приметы Семена, ежели понадобятся Вашему благородию, опишу незамедительно.
Измаилов дочитал обе бумаги, у него мелькнула мысль: «Этот Семен уж не Перинов ли, не агент ли Двойник? Ведь осведомитель Рудевич верно подметил у того одну фразу, настораживающую бдительного человека». Подгулявший Семен мог вообще-то и оговориться. А вот иностранная валюта здесь, в Казани, и не в Петрограде, и не в портовом городе — это редкость. И кое о чем говорит. Либо этот Семен связан с иностранцами или лицами, бывающими за границей, или… этот субъект сам иностранец. Но с какой тогда миссией сюда он послан? Для шпионажа?
Измайлов хотел было снова отправиться в архив и поискать там бумаги, которые восполнили бы информационный пробел, но передумал. Маловероятно, чтобы этот Дядя Костя, хозяин подпольного публичного дома, сообщил жандармам, что он под новый год полакомился сладким куском иностранной валюты. Балабанов ведь понимал: отберут как вещественное доказательство. А коль не сыщут этого загадочного богача и не уличат его в шпионаже, приберут фунты в свой карман. Это уж как пить дать. Нет, не для этого Дядя Костя держит свое тайное злачное заведение, чтобы раздавать свои кровные, чтобы расставаться с тем, что пришло ему в руки. Поэтому искать его писулю с приметами Семена — пустое дело.
И тут Шамилю пришла идея: заприметив такого щедрого клиента, Дядя Костя попытается взять того на крючок, дабы основательно вытряхнуть этого Семена. Для этого он все сделает, чтоб очаровательная Флора взяла того в оборот, либо сам попытается втереться к нему в доверие, быть нужным человеком. Итак, надо хоть носом землю вскопать, а этого Дядю Костю — отыскать. Или хотя бы, на худой конец, найти бывшего осведомителя жандармерии Рудевича. «Позволь, а почему бы, как говорят украинцы, не пошукать этого ротмистра Казимакова? Или даже самого полковника Кузьмина — начальника контрразведки Казанского военного округа».